Даже если вы далеки от мира зарубежных печатных изданий, наверняка слышали о британском таблоиде The Sun. Этот газетный монстр всегда рядом, если речь заходит о скандалах, сплетнях, разводах и любом грязном белье актёров, спортсменов или политиков. С редакцией судился сам Джонни Депп по делу о клевете в ходе разбирательств с Эмбер Херд. А теперь британский режиссёр-хулиган, автор «На игле» и «28 лет спустя» Дэнни Бойл, в фильме «Чернила» с лихим азартом показывает, как новый владелец и новый редактор переизобрели загнивающее издание в конце 1960-х годов. Заодно он щедро пропитывает кадр ностальгией по эпохе печатной прессы — на радость журналистам, которые посмотрели фильм на Венецианском кинофестивале. 🎬
Флит-стрит: звуки печатных машинок и начало большой игры
Флит-стрит в Лондоне охвачена звуком печатных машинок и гулом типографского оборудования. Это не слишком мелодичный, но узнаваемый «саундтрек» создания новостей. В конце 1960-х на первом месте по количеству копий в руках граждан в британской подземке лидировала Daily Mirror. Но возникло ощущение, что ситуацию можно изменить — по крайней мере, у австралийского дельца Руперта Мердока (Гай Пирс), который приобрел The Sun. Он соблазняет ставкой и служебным «Ягуаром» белого воротничка Ларри Лэмба (Джек О’Коннелл) из уже упомянутой Daily Mirror, обещая вместе если не устроить революцию в газетном деле, то хотя бы поднять шумиху. Ну кто бы отказался от такого предложения? 😏 Но прежде чем чернила коснутся бумаги на станках в подвале, редакции надо набрать новую команду из старых специалистов. Ламб ходит по знакомым, которые закатывают глаза и смеются, но в итоге решаются сменить место работы. Вот она, магия газетного авантюризма! Каждый из этих журналистов — со своим характером, привычками и представлениями о том, какой должна быть газета. И Бойл с упоением показывает этот пёстрый мир, где серьёзные репортажи соседствуют с лёгким чтивом.
Почерк Бойла: ритм, хроника и традиции «Всей президентской рати»
Дэнни Бойл загорелся идеей создать ленту о ребрендинге The Sun после того, как посмотрел одноименную пьесу Джеймса Грэма. Если верить словам создателей, пьеса куда более мрачная и циничная, чем «Чернила» на большом экране. Авторский почерк узнается с первых кадров: ритмичный монтаж с инкрустацией хроникальных кадров, голландские углы и бодрый саундтрек. Всё это встречается с традицией кино о четвёртой власти вроде «Всей президентской рати» — как-никак время действия накладывает отпечаток на визуальный код. Первая половина картины с азартом и даже платонической влюблённостью следит за попытками собранных и строгих профессионалов, которые говорят о политике и спорте, перевернуть страницу и открыть краны постыдного удовольствия. Признаться хотя бы коллегам, что по вечерам хочется смотреть телевизор, читать гороскопы, сплетни и что-нибудь о боксе, который не до конца вышел из подполья. Харизматичные, фактурные и ироничные журналисты без труда очаровывают. Отдельной похвалы заслуживает Клэр Фой, хотя её героиня обошлась без прототипа — это собирательный образ нескольких сотрудниц редакции. 📰 Да и усталость от показного интеллектуализма берёт своё: порой хочется, чтобы медиа заглушали тревожные мысли, а не плодили новые. Если вынести за скобки дурную славу The Sun, изменение фокуса внимания действительно выглядит журналистской нахальностью и смелостью говорить о том, о чём в печати не принято: допустим, о сексе. И Бойл с каким-то гуманистским участием приоткрывает двери редакции и кабинетов учредителей. Разве это не то, чего нам иногда не хватает — лёгкости и дерзости?
Гай Пирс и Руперт Мердок: сдержанность вместо амбиций
Гай Пирс уже второй раз на Лидо выступает в роли мецената: два года назад на Мостре состоялась премьера «Бруталиста», где актёр сыграл финансового воротилу, который руководил талантом — тогда архитектором. В «Чернилах» его Руперт Мердок получился персонажем куда более сдержанным в своих стремлениях и сговорчивым в вопросах вертикали власти. Возможно, дело в том, что сам Мердок, который сегодня сколотил медиаимперию (владеет Fox Corporation и News Corp, изданиями The Wall Street Journal и The New York Post через Dow Jones, британскими The Sun и The Times), до сих пор жив. Хотя The Sun напрямую не касалась ни выпуска театральной постановки, ни съёмок фильма, фигура Мердока выведена если не однозначно комплиментарно, то в сдержанных тонах и риторике «ничего личного, это бизнес». 🤔 И это придаёт фильму дополнительный шарм — никакой карикатурности, только холодный расчёт и деловая хватка.
От хулиганства к морализаторству: поворотный момент
Задорная и едкая чёрная комедия о буднях редакции и журналистской вражде с Daily Mirror во второй половине неизбежно сворачивает к построению нового «Гражданина Кейна». Бойл оставляет Мердока фигурой второго плана и показывает, как Лэмб из энтузиаста, который не прочь похулиганить на развороте, приходит к сделке с совестью и гонится за ростом продаж. Поворотным моментом в анамнезе The Sun становится непосредственное участие руководства газеты в деле о захвате заложницы — эпизод действительно случился в 1969 году. Жертвами вымогателей должны были стать Мердок и его жена, но по ошибке похитители схватили Мюриэль — супругу Алика МакКея, одного из руководителей компании. The Sun выбрала не оставлять дело только на ответственности полиции, а предала происшествие огласке в надежде на свидетельства соседей и случайных прохожих. Вот это поворот! 💥 В момент колющего выбора между прибылью и журналистской этикой Бойл не то чтобы совсем беспардонно переходит к осуждению и морализаторству, но довольно назидательно меняет и курс, и интонацию, сводя «Чернила» к артикулированному заявлению и публичной порке. Кокетство с постыдным удовольствием и сплетнями переходит к роли медиа в формировании общественного мнения и влиянию политической агитации: итоги выборов в Великобритании (и не только) — во многом результат сфабрикованной на печатных страницах точки зрения. И с этим сложно поспорить. Возможно, слоган The Sun “Win Free Love” и вполне резонирует с ранним Бойлом, но сегодня режиссёр с презрением следит за раздробленностью общественных движений, как и в «28 лет спустя». «Чернила» он заканчивает сводками новостей, которые всё равно прорвутся в жизнь, как бы ни хотелось читать гороскопы. 🗞️
Итог: чернила вместо крови
При вроде точной мишени в боль более чем актуальную, фильм куда интереснее смотреть — мастерство режиссуры приковывает к экрану, — чем о нём рассуждать. За прямолинейным высказыванием и медийной воронкой мнений теряется история о человеке и его моральных принципах: в отличие от Орсона Уэллса, Бойл снял фильм не о гражданине Лэмбе, а об организме редакции, где вместо крови циркулируют чернила. 🎥 И в этом, пожалуй, главная ценность картины — она не пытается быть простой и однозначной, а заставляет задуматься о том, как делаются новости и какую цену платят те, кто их создаёт. 🎭
