Эх, снова эти проклятые восьмидесятые! 🎬 1987 год, над советской территорией сбивают американский разведывательный самолет, и единственный уцелевший пилот Трой Келли (Райан Рейнольдс) выбирается из обломков прямиком в объятия холодной войны. Приютит его не кто-нибудь, а Николай Устинов (Кеннет Брана) — экс-агент КГБ, у которого давние счеты с собственным начальством. Причем у мужика есть тайная мечта: перебраться в Штаты. Так что помощь заокеанскому гостю — не абстрактный гуманизм, а вполне себе практический расчет. Тем временем по пятам американца, застрявшего в тысячах километров от границы, уже идет советский агент Александр (Марцин Дорочинский). И вся эта компания вынуждена нестись по заснеженным просторам Советского Союза, чтобы добраться до безопасного места. Ну чем не дуэт для большого роуд-муви? ❄️ Впереди — погоня, лед, тайга и, разумеется, неизбежные культурные столкновения.
Вторая половина восьмидесятых становится новой площадкой
Холодная война в эпоху гласности и ядерного разоружения превратилась в свежую точку кинематографического фокуса. Тут тебе и нашумевший «Тетрис» про Роджерса и Пажитнова, и драма «На грани войны» про исторический саммит Горбачева и Рейгана. Голливуд снова с любопытством разглядывает закат Союза — теперь уже без прежней истерики, но с ностальгической усмешкой. «Мэйдэй» не отстает от голливудских трендов и продолжает проводить параллели со странным временем, в котором параноидальный страх взаимного уничтожения уживался с долгожданной надеждой на разрядку. Вот эта двойственность и становится топливом для всей истории. Главные герои катаются по СССР, уворачиваются от пуль, пускают машины под лед, похищают ракетный тягач с ядерным оружием — и проделывают все это с той же самонадеянностью, с какой режиссеры Джон Фрэнсис Дейли и Джонатан Голдштейн, авторы фэнтези «Подземелья и драконы: Честь среди воров» и комедии «Ночные игры», путешествуют по жанрам. Сегодня они шутят, завтра стреляют, послезавтра разыгрывают драму — и, кажется, сами не всегда понимают, в каком именно фильме оказались. Разве что на этот раз маршрут пролегает не по карте фэнтезийных королевств, а по карте идеологических штампов. И знаете что? Дорога эта, увы, куда более ухабистая.
Клюква, Спрингстин и гостеприимный чекист
Про реализм «Мэйдэй» забывает сразу и отправляет зрителя в гипотетический Советский Союз — комиксный, пропущенный через ворох идеологических клише. 🐻 Пожалуй, настолько буйно клюква не разрасталась со времен уморительной «Красной жары» со Шварценеггером, а местами авторы нового боевика зашли еще дальше: балалайка, медведи и водка на этом фоне кажутся сущими цветочками. Кеннет Брана, известный поклонник ролей русских антагонистов («Джек Райан: Теория хаоса», «Довод»), раскрывается с неожиданной стороны — добродушный и гостеприимный фанат Америки, обклеивший свою берлогу постерами зарубежных фильмов и гоняющий под Брюса Спрингстина по тайге. Говорит он, конечно же, на безупречном английском и с полуслова понимает нежданного заокеанского гостя. Абсурд? Абсурд. Но обаяния этой парочке не занимать: смотреть, как суровый чекист превращается в радушного хозяина с кассетой наперевес, местами действительно забавно. Хотя бы потому, что такой Брана встречается на экране не каждый день.
Том Круз стриминговой отделки и его Топ Ган
Райан Рейнольдс — Том Круз стриминговой отделки — только и делает, что напоминает помощнику о преимуществах капитализма и индивидуализма, пока перед глазами зрителя проносятся серые ландшафты социалистических построек, словно сгенерированные ИИ. 🤖 И тут кроется еще один нюанс, не менее важный: «Мэйдэй» ищет вдохновение не в четвертой части «Миссии невыполнимой», где Хант носился по Москве, а в старомодном американском мачизме «Топ Гана». Видеокассета с ним, разумеется, припасена у Николая. 📼 Для советского обитателя таежной избушки, чаще слушающего Born in the USA Спрингстина, чем речи аппаратчиков, нет ничего лучше, чем сделать «Топ Ган» былью, — потому к фильму и прилагается сцена посадки самолета на авианосец. Ирония? Безусловно. Но именно на таких, казалось бы, мелочах и держится обаяние картины — по крайней мере, пока она не начинает тонуть в собственных шутках и самоповторах.
Кабаки, монументы и несбывшийся комедийный потенциал
«Мэйдэй» пускает зрителя по кабакам, деревням, озерам и бесконечным монументам Ленину, но так и не приводит к желанной точке — раскрытию обещанного комедийного потенциала. Ошибка кроется в наивном расчете: сделать эпоху разрядки смешной едва ли представляется возможным. Брана оставляет Шекспира и опускается до уровня «Дэдпула», Рейнольдс же выйти из амплуа катастрофически не может — остроты пилота утомляют. 🤔 И вот вопрос: неужели нельзя было обойтись без всей этой бесконечной болтовни? Увы, но нет — стриминговый формат требует своего, а комедийный потенциал эпохи так и остается нераскрытым.
Драки, ракурсы и пластиковый лоск стриминга
В «Мэйдэй» есть сцены драк, и поставлены они даже с хореографической хваткой. Но фильму мешает нарочитая искусственность, заданная стриминговым стандартом: почти каждый ракурс и пролет камеры предсказуемы, рассчитаны буквально математически. 🎥 Да и много ли любопытного в самой диспозиции: Брана — советский стальной терминатор, а Рейнольдс — незадачливый американец, обреченный на абсурдные приключения в социалистическом блоке? Казалось бы, вот она, идеальная формула для ироничного бадди-муви. Но нет — формула упорно не желает работать.
Боевик делает ожидаемый ход, одним махом разрушая привычные клише (например, о злых русских и хороших американцах), но тут же заменяет их другими. Все, чего хотят герои, — сбросить хвост и пообедать в «Макдоналдсе» где-нибудь у Капитолия. 🍔 И вот эта деталь, пожалуй, говорит о фильме больше, чем все погони вместе взятые. «Мэйдэй» призывает не верить стереотипам из американских экшенов 1980-х, но при этом сам пытается воссоздать их стилистику и нарративы, пусть и в более пластиковом изводе. Вот такой вот парадокс — и, увы, не единственный. 😅
Впрочем, несмотря ни на что, «Мэйдэй» — это ровно тот фильм, который и обещает трейлер: два часа беготни, шуток и клюквы. Не больше, но и не меньше. И если вы готовы к такому раскладу — добро пожаловать в тайгу. 🌲
