Что чувствует ребенок, когда папа с автоматом ходит по дому? Ариела, старшая дочь Джигана и Оксаны Самойловой, знает ответ. И это знание ей совсем не нужно.
Утро, которое не предвещало беды
Оксана Самойлова и Ариела не спали. Утром девочка зашла к проснувшейся Майе. Болтали, и Ариела предложила принести завтрак в комнату — не спускаться вниз. Она уже понимала: в доме что-то не так. Ночью вернувшийся с отдыха отец забрал ее от матери. И сразу стало заметно — папа не в себе. Девочка тянула время, как могла. Но рэпер заявил: ей угрожает опасность, и он как отец имеет все права забрать ее к себе. Пришлось подчиниться.
«Я говорю: „Майя, доброе утро, как дела?“ Она умывается, говорит: „Пойду завтракать“. Я предложила принести чай и яблоки. Сказала, что папа опять с оружием, опять под наркотой. Она: „А, ну понятно“. Я говорю: „Сиди в комнате“».
Параллельно в другой комнате проснулся младший — Давид. Джиган еще утром предупредил нянь: не кормить детей до пяти вечера, сегодня шабат. Но в одиннадцать мальчик захотел есть. Отец разрешил перекус — каша и фрукты. После Давид с няней собирали паззлы. Отец то и дело заходил, проверял. А в какой-то момент пришел в полной боевой амуниции и с оружием.
«Давидик спрашивал, почему папа с автоматом. Мы сказали, что в доме воры, папа охраняет», — рассказала Ариела.
Стрельба и рисунки для шабата
Джиган вел себя странно. По словам няни, обходил территорию с рабочим, заглядывал в кусты, озирался. Казалось, его преследуют. Выходил из дома обвешанный оружием и так гулял по особняку. Но тогда страшно не было.
«Я знала, что отвечаю за этих детей. Работала и не понимала страха. Страх пришел через два дня. Только тогда я поняла, что было», — признается няня Светлана.
Ариела разбудила Лею. Девочки сидели втроем. Старшая предупредила сестер: папа ходит с автоматом. И в этот момент на улице началась стрельба. Джиган открыл огонь по охранникам. Ариела, Майя и Лея видели, как люди бегут к гаражу, а вслед летят пули.
«Лея сразу отошла от окна. Села на кровать и молчала. Майя понимала, что происходит. Лея испугалась, но не понимала. А мне было очень страшно. Но если я спрячусь, будет хуже. На мне ответственность за сестер. Я первым делом спасу их, чем буду прятаться сама».
Стрельба не прекращалась. Няня с Давидом слышала выстрелы и не знала, что делать. Вскоре зашла вторая няня: Джиган сказал, будто кого-то убил. Потом уточнила — охранники убежали, с ними все хорошо.
Ариела не поддалась панике. Написала маме, что в доме стреляют. А чтобы успокоить отца, пошла на хитрость. Предстоял шабат — она сказала сестрам сидеть и рисовать специальные рисунки, образцы нашла в интернете.
«Мы вошли в гардеробную. Я говорю: „Давайте делать вид, что делаем украшения к шабату“. Когда начинаешь с ним об этом говорить, особенно мы, дети, он сразу добреет, агрессия пропадает полностью. Рисуем, молитвы пишем. Прошло минут сорок, он заходит, проверяет, где мы. А мы ему: „Шабат-шалом!“ — с рисунками. Он: „О, как классно“, и уходит».
Побег
Ариела переписывалась с матерью. Умоляла прислать кого-то, чтобы отца остановили. Оксана написала: прятаться подальше от окон, скоро приедут забирать Джигана, может быть перестрелка.
Светлана с Леей и Давидом спрятались в ванной — мальчика посадили в ванну, сами на полу. Ариела с Майей — в гардеробе. Там было жарко. Няня приносила воду. Майя выходила и снова пряталась. У девочки началась истерика — боялась, что отец убьет ее.
«Я говорю: „Майя, вы его дети, он вас не тронет. Если убьет, то только нас“», — вспоминает няня.
В этот момент Джиган зашел в ванную и удивился. Давид ответил: прячемся, потому что в доме воры. Но отец не обратил внимания — уже ничего не осознавал — и ушел.
Все это время няни с детьми были на втором этаже. Ариела почти не выходила из гардеробной. Оксана говорила: скоро всех освободят. Но время шло, никто не приходил.
«Понимаем: ходят, нас никто не освобождает. Дети уже никакие. Я предложила: давайте через заднюю дверь пробовать выходить. И мы гуськом начали выходить. Я взяла Давида на руки — там лестница крутая».
Ариела вышла из гардеробной, Лея прихватила кошку. Все собрались на диване в ожидании команды.
«Няня стучит в окно, говорит водителю: помоги вывести детей. Он сначала не реагирует. Она еще раз. Он идет через второй дом. Там каркас, лестница с платформами. Мы выбежали, побежали в машину. Папа был в соседней комнате у Майи — где его потом и нашли. Мы сели и уехали».
Оксана Самойлова говорит: эти несколько часов — самое страшное время в ее жизни. Сейчас дети с ней. Блогер подала иск об ограничении родительских прав Джигана и определении места жительства детей с ней. По улицам они передвигаются с охраной. Джиган пока в рехабе, но скоро трехмесячный курс закончится — и он вернется в Москву. И этого момента боятся все.
