Эта история похожа на сценарий триллера. Но это реальность, в которой оказались четверо детей. Пока взрослые выясняли отношения, девочки и мальчик прятались от собственного отца. Жутко, правда?
Утро, которое не предвещало беды
Ариела проснулась рано. Зашла к Майе — та только встала. Девочки болтали, и старшая предложила принести завтрак в комнату, чтобы лишний раз не спускаться вниз. Она уже чувствовала: в доме что-то не так. Ночью вернулся отец, забрал ее от матери. И сразу стало понятно — папа не в себе. Он говорил, что ей угрожает опасность, что он имеет право забрать дочь. Пришлось подчиниться.
«Я говорю: „Майя, доброе утро, как дела?“ Она умывается, собирается завтракать. А я: „Давай лучше я тебе принесу. Будешь чай? Схожу за чаем, принесу яблоки“. Сказала, что папа опять с оружием, опять под наркотой. Она: „А, ну понятно“. Я говорю: „Сиди в комнате“», — вспоминает Ариела.
Стрельба и детские рисунки
Параллельно проснулся младший, Давид. Джиган предупредил нянь: не кормить детей до пяти вечера, сегодня шабат. Но в одиннадцать мальчик захотел есть. Ему разрешили кашу и фрукты. После завтрака Давид с няней собирали паззлы. Отец то и дело заходил, проверял. А потом явился в полной боевой амуниции. С автоматом.
«Давидик спрашивал, почему папа с автоматом. Мы сказали, что воры, папа охраняет», — рассказывает Ариела.
Няня Светлана признается: страшно стало не сразу. Только через два дня она осознала, что произошло. А тогда — работала, отвечала за детей. Не до страха.
Ариела разбудила Лею. Девочки сидели втроем. И тут на улице началась стрельба. Джиган открыл огонь по охранникам. Дети видели, как люди бегут к гаражу, а вслед летят пули.
«Лея сразу отошла от окна. Села на кровать и молчала. Майя понимала, что происходит. Лея испугалась, но не осознавала. А мне было очень страшно. Но если я спрячусь — будет хуже. На мне ответственность за сестер. Я первым делом спасу их, чем буду прятаться сама», — говорит Ариела.
Хитрость, которая спасла
Ариела не поддалась панике. Написала маме. А чтобы успокоить отца, пошла на хитрость. Сказала сестрам рисовать рисунки к шабату — образцы нашла в интернете.
«Мы вошли в гардеробную. Я говорю: „Давайте делать вид, что готовим украшения к шабату“. Когда с ним говоришь об этом, особенно дети, он сразу добреет, агрессия пропадает. Рисуем, молитвы пишем. Прошло минут сорок. Он заходит, проверяет. А мы ему: „Шабат-шалом!“ С рисунками. Он: „О, как классно“, и уходит», — рассказывает Ариела.
Оксана написала: прячьтесь подальше от окон, скоро приедут забирать Джигана, может быть перестрелка. Светлана с Леей и Давидом спрятались в ванной. Ариела с Майей — в гардеробе. Жарко. Няня приносила воду. У Майи началась истерика, она боялась, что отец убьет ее.
«Я говорю: „Майя, вы его дети, он вас не тронет. Если убьет, то только нас“», — вспоминает няня.
Джиган зашел в ванную, удивился. Давид сказал, что прячутся от воров. Отец не обратил внимания — уже ничего не осознавал. Ушел.
Время шло. Никто не приходил. Ариела предложила выходить через заднюю дверь. Гуськом. Давида взяли на руки — лестница крутая. Выбежали, сели в машину и уехали.
Сейчас дети с Оксаной. Она подала иск об ограничении родительских прав. Передвигаются с охраной. Джиган в рехабе, но скоро курс закончится. И этого момента боятся все.
