Даже если вы далеки от мира зарубежных печатных изданий, имя The Sun наверняка вам знакомо. 🗞️ Британский таблоид всегда рядом, если дело касается скандалов, сплетен, разводов и любого «грязного белья» — актёров, спортсменов, политиков. С редакцией судился Джонни Депп по делу о клевете в ходе разбирательств с Эмбер Херд.
Британский режиссёр-хулиган, автор «На игле» и «28 лет спустя» Дэнни Бойл в «Чернилах» с лихим азартом показывает, как новый владелец и новый редактор переизобрели загнивающее издание в конце 1960-х годов. А заодно щедро пропитывает кадр ностальгией по эпохе печатной прессы — на радость журналистам, которые посмотрели фильм на Венецианском кинофестивале.
Флит-стрит, машинки и гул типографского оборудования
Флит-стрит в Лондоне охвачена звуком печатных машинок и гулом типографского оборудования. Не слишком мелодичный, но узнаваемый «саундтрек» создания новостей. В конце 1960-х по количеству копий в руках граждан в британской подземке лидировала Daily Mirror. Но возникло ощущение, что ситуацию можно изменить — по крайней мере, у австралийского дельца Руперта Мердока (Гай Пирс), который приобрёл The Sun.
Он соблазняет ставкой и служебным «Ягуаром» белого воротничка Ларри Лэмба (Джек О’Коннелл) из уже упомянутой Daily Mirror. Обещает вместе если не устроить революцию в газетном деле, то хотя бы поднять шумиху. Но прежде чем чернила коснутся бумаги на станках в подвале, редакции надо набрать новую команду. 📰 И Ламб ходит по знакомым — те закатывают глаза и смеются, но в итоге решаются сменить место работы.
Знакомая сцена, правда? Убеждать людей в том, что рушить привычное стоит, — отдельное искусство. И кто бы мог подумать, что солидные профессионалы, привыкшие рассуждать о политике и спорте, согласятся печатать то, от чего морщатся коллеги?
Пьеса, ритмичный монтаж и голландские углы
Бойл загорелся идеей создать ленту о ребрендинге The Sun после того, как посмотрел одноимённую пьесу Джеймса Грэма. Если верить словам создателей, пьеса куда более мрачная и циничная, чем «Чернила» на большом экране. Авторский почерк узнаётся с первых кадров: ритмичный монтаж с инкрустацией хроникальных кадров, голландские углы и бодрый саундтрек. Всё это встречается с традицией кино о четвёртой власти вроде «Всей президентской рати» — как-никак время действия накладывает отпечаток на визуальный код.
Первая половина картины с азартом и даже платонической влюблённостью следит за попытками собранных и строгих профессионалов перевернуть страницу и открыть краны постыдного удовольствия. Признаться хотя бы коллегам, что по вечерам хочется смотреть телевизор, читать гороскопы, сплетни и что-нибудь о боксе, который не до конца вышел из подполья. 📺 Харизматичные, фактурные и ироничные журналисты без труда очаровывают. Отдельной похвалы заслуживает Клэр Фой, хотя её героиня Джулс обошлась без прототипа — собирательный образ нескольких сотрудниц редакции.
Да и усталость от показного интеллектуализма берёт своё. Порой хочется, чтобы медиа заглушали тревожные мысли, а не плодили новые. 🎭 Если вынести за скобки дурную славу The Sun — изменение фокуса внимания действительно выглядит журналистской нахальностью и смелостью говорить о том, о чём в печати не принято. Допустим, о сексе. И Бойл с каким-то гуманистским участием приоткрывает двери редакции и кабинетов учредителей.
Меценат с Лидо
Гай Пирс уже второй раз на Лидо выступает в роли мецената. Два года назад на Мостре состоялась премьера «Бруталиста», где актёр сыграл финансового воротилу, который руководил талантом — тогда архитектором. В «Чернилах» его Руперт Мердок получился персонажем куда более сдержанным в своих стремлениях и сговорчивым в вопросах вертикали власти.
Возможно, дело в том, что сам Мердок, который сегодня сколотил медиаимперию, владеет Fox Corporation и News Corp, изданиями The Wall Street Journal и The New York Post через Dow Jones, британскими The Sun и The Times, до сих пор жив. Хотя The Sun напрямую не касалась ни выпуска театральной постановки, ни съёмок фильма, фигура Мердока выведена если не однозначно комплиментарно, то в сдержанных тонах и риторике «ничего личного, это бизнес».
Поворот к новому «Гражданину Кейну»
Задорная и едкая чёрная комедия о буднях редакции и журналистской вражде с Daily Mirror во второй половине неизбежно сворачивает к построению нового «Гражданина Кейна». 🎬 Бойл оставляет Мердока фигурой второго плана и показывает, как Лэмб из энтузиаста, который не прочь похулиганить на развороте, приходит к сделке с совестью и гонится за ростом продаж.
Поворотным моментом в анамнезе The Sun становится непосредственное участие руководства газеты в деле о захвате заложницы — эпизод действительно случился в 1969 году. Жертвами вымогателей должны были стать Мердок и его жена, но по ошибке похитители схватили Мюриэль — супругу Алика МакКея, одного из руководителей компании. The Sun выбрала не оставлять дело только на ответственности полиции, а предала происшествие огласке в надежде на свидетельства соседей и случайных прохожих.
Между прибылью и журналистской этикой
В момент колющего выбора между прибылью и журналистской этикой Бойл не то чтобы совсем беспардонно переходит к осуждению и морализаторству. Но довольно назидательно меняет и курс, и интонацию, сводя «Чернила» к артикулированному заявлению и публичной порке. 🤔
Кокетство с постыдным удовольствием и сплетнями переходит к роли медиа в формировании общественного мнения и влиянию политической агитации: итоги выборов в Великобритании (и не только) — во многом результат сфабрикованной на печатных страницах точки зрения. И с этим сложно поспорить. Возможно, слоган The Sun «Win Free Love» и вполне резонирует с ранним Бойлом, но сегодня режиссёр с презрением следит за раздробленностью общественных движений, как и в «28 лет спустя». «Чернила» он заканчивает сводками новостей, которые всё равно прорвутся в жизнь, как бы ни хотелось читать гороскопы. 💥
Не гражданин Лэмб, а организм редакции
При вроде точной мишени в боль более чем актуальную, фильм куда интереснее смотреть — мастерство режиссуры приковывает к экрану, — чем о нём рассуждать. За прямолинейным высказыванием и медийной воронкой мнений теряется история о человеке и его моральных принципах. В отличие от Орсона Уэллса, Бойл снял фильм не о гражданине Лэмбе, а об организме редакции, где вместо крови циркулируют чернила. 🖋️
И всё же — разве плохо, когда кино о журналистике пахнет типографской краской, а не пресс-релизом? ⚡ Вопрос риторический: скорее всего, каждый, кто хоть раз держал в руках свежий номер, ответит на него сам.
