Она приехала в Москву как звезда европейского кино, а уехала — как женщина, изменившая судьбу одного из самых ярких поэтов своего времени. История их встречи похожа на сценарий, который побоялись бы написать даже опытные драматурги. Ну кто бы мог подумать, что всё случится именно так?
Судьбоносная встреча на Таганке
В конце шестидесятых Марина Влади оказалась в Театре на Таганке. Попасть туда было практически невозможно — билеты достать нереально! Она увидела его на репетиции «Пугачева» и, по её собственным воспоминаниям, буквально потеряла дар речи. Потом была обычная актёрская посиделка, кухня, гитара. Он пел ей, она смотрела не отрываясь. И вот — спустя несколько часов знакомства — признание в давней влюблённости. Ещё бы! Он впервые увидел её в «Колдунье» 1956 года и запомнил навсегда. Наглость? Возможно. Но она согласилась на свидание.
Француженка с русской душой
Переводчик им не понадобился. Марина выросла во Франции, но до пяти лет говорила только по-русски — спасибо отцу и бабушке. В семье царил дух сцены: дети пели, танцевали, разыгрывали сценки. Готовили артистов, что тут скажешь. К моменту приезда в Союз она уже была суперзвездой — десятки ролей, партнёры вроде Марлона Брандо и Марчелло Мастроянни. Все они сходили по ней с ума. «Не красавица, но что-то такое, что сражало наповал», — вздыхал итальянский сердцеед.
Любовь, которая испытывала на прочность
К моменту знакомства с Высоцким Марина была замужем во второй раз. Двое сыновей от Робера Оссейна, сын от Жан-Клода Бруйе — и всё это она оставила ради советского барда. Десять лет брака она называла потрясающими и одновременно разрушающими. Буйный нрав, алкоголь, другие женщины… Она прощала, спасала, умоляла. Видела его в самых некрасивых моментах — и не уходила. Любила. «Я жив, двенадцать лет тобой и Господом храним…» — последние строки, обращённые к ней. Слабости? Прощала измены, хотя злилась ужасно. Могла и побить, признавалась позже.
