Что будет, если лекарство от рака всё-таки изобретут? Казалось бы, человечество должно выдохнуть и наконец отпраздновать. Но у фармацевтической индустрии на этот счёт свои резоны, а у людей, которые тридцать лет просидели в лаборатории, — наивная вера в то, что доброе дело говорит само за себя. Сериал «Большая фарма» как раз про то, что говорит оно плохо, тихо и на языке, который здесь никто не понимает. Рассудительный семьянин Гиреев и взбалмошный одинокий добряк Шульгин больше тридцати лет работают над созданием вакцины от рака. А потом одна ночь переворачивает всё. 💊
Тридцать лет, одна крыса и утренние проблемы
Сюжет стартует почти как анекдот из жизни института. Двое учёных, разделивших между собой половину жизни и одну лабораторию, вдруг обнаруживают, что их препарат работает. Не «работает» в смысле «показывает динамику». Работает по-настоящему: выведенная молекула вытаскивает с того света крысу. 🐀 И вот тут наступает момент, о котором никто не предупреждает в научной фантастике.
Создать лекарство — это только половина дела. Вторая половина — донести чудо до народа. И на этом втором участке пути всё ломается. Гирееву, Шульгину и их близким приходится уворачиваться от ударов корпораций, которые уже вложили миллионы в разработку похожего медикамента. Приходится отбиваться от завистников. Приходится выбирать компаньонов — тех, с кем предстоит рука об руку шагать по этому тернистому пути, — и не прогадать. Ну и ну: кажется, прогадают.
Команда: сценарист «Трассы» и режиссёр «Райцентра»
«Большая фарма» — результат редкого сочетания сразу нескольких талантов, и это не комплимент ради красного словца. У руля опытный сценарист Олег Маловичко, за плечами которого «Трасса», «Хрустальный» и «Нулевой пациент». Рядом — молодой, но уже отлично зарекомендовавший себя режиссёр Данил Чащин («Райцентр», «Улица Шекспира»). 🎬 За визуальную сторону отвечает оператор с узнаваемым стилем Батыр Моргачев («Аутсорс»), работающий с Маловичко уже в пятый раз. Первые эпизоды показали в рамках ММКФ, а спустя несколько месяцев сериал стал доступен в онлайн-кинотеатре Okko.
Должок «Ломке»
С первых кадров понятно, на чью территорию сериал заходит с ноги. «Ломка» Дэнни Стронга — мини-сериал Hulu, посвящённый истории опиоидной эпидемии в США, показанной одновременно с точки зрения врачей, пациентов и фармацевтических компаний. Масштаб и вводные другие: в основе «Большой фармы» не лежит реальное лекарство, да и все прочие события вымышлены. Однако механика та же. С каждым эпизодом в историю одной молекулы вовлекается всё больше людей. Родственники. Пациенты с тяжёлыми формами рака. Медийные лица. Журналисты. Представители крупных фирм и решалы, которые за нужную сумму готовы разобраться с любым препятствием.
Маловичко превращает научное открытие в камень, брошенный в тихую воду. 🌊 Сначала расходятся небольшие круги. Потом они начинают сталкиваться. И довольно скоро становится понятно, что контролировать последствия больше не получится.
Семья как отдельный фронт
Семейные перипетии здесь по важности не уступают индустриальным столкновениям — и это, пожалуй, главная ставка шоу. Пока Гиреев-старший пытается понять, что делать с открытием, его дети уже частично лишают Шульгина голоса и строят свои планы. Сын Евгений (Сергей Горошко), работающий в клинике пластической хирургии и явно тяготящийся профессией, воспринимает лекарство как возможность наконец выйти из тени отца. Дочь Полина (Ольга Лерман), тоже занятая в медицине, видит в препарате прежде всего шанс помочь пациентам на грани, но принимает рискованные бизнес-решения. 👪 Жена Гиреева Аревик (Алена Хмельницкая) выступает в качестве советчицы и подсказывает и мужу, и детям, что стоит предпринять в спорных ситуациях.
Ритм: от мыла к собственной походке
Интенсивность повествования и стремительные попытки учёных обосноваться в корпоративной среде заставляют вспомнить хлёсткую «Индустрию». Впрочем, не будем лукавить: удерживать напряжение с той же безупречной хваткой проекту удаётся не всегда. В первой серии шоу и вовсе подступает к границе телевизионного мыла — персонажи спонтанно пускаются в мелодраматические интермедии. 🎭 Но с каждым новым эпизодом подобных моментов становится меньше, и постепенно «Большая фарма» находит собственный ритм.
Камера: микроскоп, зеркало и кольцо
Если драматургия поначалу буксует, то визуально сериал с первых минут выгодно отличается от большинства современных отечественных шоу. Моргачев явно не скучал на рабочем месте, придумывая десятки оригинальных способов снять диалог, чтобы избежать привычной восьмёрки. Пока персонажи яростно спорят о будущем молекулы, камера ловит их отражение в разбитом зеркале, проходит сквозь предметы, помещает людей в кольцо, словно рассматривая под микроскопом. Пространство вокруг то сжимается, то растягивается, отказываясь сохранять привычные пропорции.
Пока камера летает то вверх, то вниз, не стесняясь самых рискованных маневров, невольно задаёшься вопросом: а не пытаются ли создатели прикрыть спецэффектами неудачи? К счастью, по первым четырём эпизодам кажется, что нет. «Большая фарма» не сводится к демонстрации технического мастерства. 📹 Под увеличительным стеклом прячутся жадность, страх, тщеславие, зависимость от чужого мнения и способность убеждать себя, что корыстный поступок на самом деле совершается ради общего блага.
Кто толкает к краю
Подталкивать Гиреевых к краю будут представительница фармацевтического гиганта Ирина (Светлана Ходченкова), чудом спасённый олигарх Меркулов (Антон Васильев) и даже амбициозная жена Евгения Лера (Наталья Бардо), мечтающая о собственной карьере. Дальше — территория «Наследников», сравнение, надо признать, лежащее на поверхности. 💰 Вот только во главе семейства здесь не владелец медиаконгломерата, самостоятельно построивший головокружительную карьеру, а тихий учёный, для которого результат и польза обществу гораздо важнее лишнего нолика в чеке.
Чем всё это оборачивается
Гиреев-старший ждёт поддержки и проявления человечности — и с ужасом наблюдает, как отпрыски принимают безумные решения, ставя под удар сотни людей. Препарат, способный лечить практически всё, оказывается инструментом для проверки моральных границ. Фармацевтическая индустрия здесь — это система, в которой болезнь становится источником прибыли, а появление лекарства, способного разом уничтожить огромный рынок, воспринимается как экономическая катастрофа. Но страшнее оказывается другое. 🩺 С какой лёгкостью человек извне начинает говорить на языке коммерсантов. Достаточно быстро на столе появляются бумажки с компромиссными решениями, которые оправдываются реалиями рынка и установкой, что интересы семьи прежде всего. И вот уже никто и не помнит, ради чего мы все здесь, собственно, собрались.
