В российский прокат выходит «Тони» — история становления Энтони Бурдена, американского шеф-повара, писателя и путешественника. Режиссёр Мэтт Джонсон рассказывает её через призму взросления, и зрителю предстоит разобраться, где в этом кино заканчивается вымысел и начинается реальность. А заодно понять, как из легенды о летнем загуле получается образцовое полубиографическое драмеди.
Парень, который путает амбиции с достижениями
Девятнадцатилетний Тони (Доминик Сесса) учится в Колледже Вассар и задыхается от интеллектуального давления матери. 🎬 Поэтому он терпеть не может, когда его называют Энтони. Он уверен, что ему суждено стать великим писателем, и обладает той самой характерной для юных мужчин способностью путать амбиции с достижениями. После неудачи с получением престижной литературной стипендии Тони отправляется в городок Провинстаун на поиски девушки по имени Нэнси (Эмилия Джонс), к которой неровно дышит ещё со школы. Денег нет. Вообще. Остаётся одно: устроиться мойщиком посуды в рыбный ресторан под началом строгого, но справедливого шефа (Антонио Бандерас). Ну чем не завязка для взросления? Хотя, если честно, куда больше это похоже на приглашение понаблюдать, как человек впервые сталкивается с миром, которому плевать на его резюме.
Человек заканчивается там, где начинается персонаж
Энтони Бурден — фигура невероятных масштабов и не менее невероятного трагизма. 🔪 На кухнях различных ресторанов он отработал больше четверти века. Потом прославился как писатель — благодаря бестселлеру Kitchen Confidential: Adventures in the Culinary Underbelly. А чуть позже практически переизобрёл формат кулинарного тревел-шоу с программами «Без брони» и «Неизвестные места». Рассказчиком он был настолько хорошим, что после его трагической смерти в 2018 году мир обнаружил неожиданную вещь: довольно сложно понять, где именно в его биографии заканчивается человек и начинается персонаж. «Тони» Мэтта Джонсона решает эту проблему довольно нахально — вообще перестаёт делать вид, что знает ответ. Формально перед нами байопик. Фактически — кино по мотивам нескольких десятков страниц Kitchen Confidential, чужих воспоминаний и той версии юности, которую сам Бурден успел превратить в легенду.
Самозванец за разделочным столом
Если открыть биографию Бурдена, придраться можно к любой части фильма. Нэнси Путкоски уже была его девушкой, когда они вместе отправились в Провинстаун. Никакой судьбоносной литературной стипендии не существовало. А несколько летних сезонов, во время которых Бурден работал в разных ресторанах полуострова Кейп-Код, авторы утрамбовали в одно удобное лето 1975-го. Но именно в столкновении с реальностью «Тони» оказывается куда интереснее очередной музейной биографии. Мэтт Джонсон не реконструирует прошлое — он воссоздаёт образ Бурдена, который для режиссёра «Кто убил BlackBerry» практически идеальный герой. 🍽️ Всю карьеру Джонсон снимает фильмы о людях, сначала создающих представление о себе, а уже потом пытающихся ему соответствовать. В «Операции „Лавина“» он подделывал историю высадки на Луну. В «Кто убил BlackBerry» превращал корпоративную хронику в трагикомедию о мужчинах, случайно построивших будущее.
Поэтому молодой Бурден интересует Джонсона прежде всего как самозванец. Тони всем говорит, что он писатель, хотя не написал ни строчки. Делает вид, что разбирается в приготовлении пищи, хотя впервые взял в руки нож. Врёт постоянно — но не потому, что хочет кого-нибудь обмануть. Тони просто отчаянно необходимо, чтобы его будущая версия существовала прямо сейчас. Доминик Сесса — идеальный выбор для подобной роли. Джонсон разумно запрещает актёру превращаться в двойника Бурдена. Никаких попыток скопировать знаменитую интонацию телеведущего. Никаких заранее разложенных перед зрителем будущих привычек героя. Перед нами не великий человек в ожидании титров, а довольно неприятный юноша, который пока уверен: окружающий мир просто недостаточно быстро понял его исключительность.
Кипяток равнодушен к твоему словарному запасу
Кухня, где заправляет мудрый шеф — образ, собранный из нескольких реальных наставников Бурдена, — впервые подвергает Тони настоящей проверке на вшивость. Тарелка либо чистая, либо нет. Нож для устриц либо вскрывает раковину, либо вонзается в руку. 🌊 Для парня, привыкшего решать проблемы болтовнёй, мир, где кипяток и огонь совершенно равнодушны к твоему словарному запасу, оказывается терапевтическим. Контрапунктом персонажу Антонио Бандераса работает Сэл (Лео Вудалл) — образец взрослой жизни, в котором выкручены самые тёмные черты: наркотическая зависимость и неконтролируемая агрессия. Находясь между этими двумя огнями, Тони будто бы выбирает, каким мужчиной ему хочется стать.
Пиратский корабль и его цена
Несколько двусмысленно сегодня выглядит романтика старой кухонной маскулинности. 😬 Бурден сам сделал невероятно привлекательным образ кухни как пиратского корабля: наркотики, издевательства, ожоги, секс, опасность и верность экипажу до гроба. «Тони» прекрасно передаёт, почему молодой человек мог влюбиться в этот мир. А вот вопрос о том, насколько здоровой была сама система, задаёт значительно тише. В 1970-х издевательства выглядят как ритуал инициации, хотя сегодня значительную часть такого поведения HR вполне справедливо назвал бы куда менее романтическим словом.
Но Джонсон достаточно умён, чтобы не превращать Бурдена в святого покровителя гастрономии. Тони заносчив, ревнив, труслив, иногда попросту неприятен. И именно эта несимпатичность спасает картину от памятника. 🤔 Главное достоинство Сессы в том, что он позволяет зрителю увидеть человека, который однажды станет легендой, — и при этом ни разу не утверждает, что он всегда таким был.
Жизнь не превращается в трагедию задним числом
Чем ближе финал, тем сильнее «Тони» хочет доказать, что всё увиденное неизбежно вело к правильному результату. ⚓ Биографическое кино обожает моменты, когда случайность ретроспективно превращается в предназначение, — и Джонсону не удалось избежать подобной шаблонности. Сам Бурден, кажется, мог бы первым высмеять такую конструкцию. С другой стороны, Джонсон принципиально отказывается строить фильм вокруг последней точки пути шеф-повара. И это правильное решение: человеческая жизнь не становится трагедией задним числом только потому, что мы знаем, чем она закончилась. «Тони» лучше всего работает не как история происхождения Энтони Бурдена, а как свидетельство его многогранности. В конце концов, Бурден в тот или иной момент жизни успел побывать и Тони, и Сэлом, и умудрённым опытом шеф-поваром.
Иногда «Тони» слишком старательно рисует выверенную карьерную траекторию Бурдена, хотя в действительности этот человек был выкован в самом хаосе жизни, который так любил наблюдать в собственных программах. 🎭 Но когда фильм перестаёт объяснять будущего героя и просто наблюдает, как молодой придурок моет посуду, режет продукты, влюбляется, врёт, получает по голове и впервые испытывает удовольствие от хорошо проделанной работы, возникает что-то значительно ценнее биографической точности. А именно — просто хорошая история. То есть именно та валюта, которой сам Энтони Бурден расплачивался всю жизнь.
