Перед нами фильм 🎬, где незадачливый актер приезжает на помпезное мероприятие, чтобы спасти имидж, а вместо этого вынужден спасать человечество. Согласитесь, звучит смелее, чем сам сюжет? Впрочем, для Ромена Гавраса, клипмейкера с опытом работы с самыми громкими артистами десятилетия, это лишь повод поразмышлять о том, как ловко мы прячемся за масками. Итак, разбираемся, что за конструкцию соорудил режиссер из пафоса богатства, пустоты соцсетей и антигероя, который панически боится алопеции.
Сюжет: как актер Майк Тайлер попал в жерло вулкана
Всё начинается почти банально. Майк Тайлер (Крис Эванс) после неприятного инцидента отчаянно ищет способ вернуть расположение публики. И, разумеется, находит: нужно всего лишь вовремя обнаружить у себя гражданскую позицию. Куда лучше всего заявить о ней? На закрытой элитной вечеринке сильных мира сего, конечно! Миллиардер Бен Бракен (Венсан Кассель) собрал гостей прямо в заброшенной шахте на безымянном греческом острове. Он презентует инновационную технологию добычи ископаемых со дна океана, которая, как утверждается, спасет планету и Мать-Землю. Атмосферу разбавляет вульгарная музыкальная пауза, в рамках которой на сцену выходит Charli XCX в образе Матери-Земли. Красиво? Безусловно. Но внезапно мероприятие захватывают экотеррористы во главе с Джоан (Аня Тейлор-Джой). Девушка сбивчиво, но с жуткой убежденностью объясняет: рядом проснулся вулкан, и уже через пару дней извержение уничтожит всё живое. Чтобы умилостивить эти силы, в жерло необходимо сбросить три жертвы: Короля, Любовницу и Героя. Путем комичного голосования заложников Героем выбирают Майка. Актер, который всю жизнь только изображал подвиги, получает шанс на настоящий. Для этого нужно лишь шагнуть в лаву. 😅 Вот и весь героизм.
Клипмейкер, который замахнулся на античность
Ромен Гаврас — известный сумрачный визионер, снимавший клипы для M.I.A., Jay-Z, Jamie xx и Канье Уэста. В его активе и реклама Adidas, и Dior — в общем, человек, знающий о глянце всё. Гаврас привык работать с образами из коллективного бессознательного, искать яркие архетипы и вытаскивать их на поверхность. В двухминутном ролике это работает безотказно: зрителю не нужно ничего объяснять словами, он и так всё чувствует. В полном метре приходится еще и говорить. И тут начинаются сложности: отличное чутье на образы далеко не всегда означает умение выстроить внятное повествование. В первой части новой картины режиссер явно чувствует себя в своей тарелке. Стебаться над знаменитостями — дело почти плевое, однако Гаврас не был бы собой, если бы не полез глубже. Проблема современного лицемерия, как он верно замечает, не в том, что люди притворяются. Все персонажи существуют внутри бесконечной системы собственных образов. Бракену мало просто заработать — ему нужно выглядеть тем, кто спас океан. Майк переживает кризис публично, а значит, и исцеляться должен исключительно на глазах у зрителей. Кэти, которую берут в Любовницы, прикидывается коренной американкой. Все играют роли. 🎭 Вопрос только в том, что происходит, когда декорации рушатся.
Маски сброшены, и это неловко
Момент срыва масок удается Гаврасу почти идеально. Бен превращается в обычного мужа, который строил из себя магната только ради того, чтобы впечатлить жену (Сальма Хайек). Кэти оказывается испуганной пакистанской девчонкой, о чем нам никто не догадывался. А Майк… Майк парадоксальным образом вызывает жалость. Он красив, знаменит, обучен правильно смотреть в камеру и произносить нужные слова. Но когда от героя внезапно требуют не сурового взгляда крупным планом, а реального поступка, он становится беспомощным. Помните Капитана Америку? Здесь его физическая убедительность используется против всех. Гаврас не деконструирует образ — занятие в 2026 году несколько запоздалое. Вместо этого он использует фактуру киногероя против него самого. Крис Эванс играет с почти пугающим отсутствием достоинства: суетливый, нервный, жалкий. И чем больше его персонаж пытается казаться человеком, готовым спасти мир, тем отчаяннее выглядит, когда цена перестает быть символической. А ведь Майк, если верить характеристике, панически боится алопеции. Такой себе герой нашего времени. 🤔
Греческая трагедия как приговор современности
Соблазн сравнить «Жертву обстоятельств» с «Треугольником печали» и «Меню» огромен. Богачи заперты в изолированном пространстве, автор вот-вот объяснит им, как работает классовая ненависть. Но Гаврас тянется выше — к греческой трагедии, соединяя античный механизм с современной экономикой внимания. Древние боги требовали крови, а сегодня нам достаточно правильного хэштега, верно? Джоан отменяет это выгодное соглашение и возвращает слову «жертва» его первоначальный смысл. Именно здесь фильм нащупывает свой настоящий предмет — пропасть между представлением и верой. Один изображает героя, другой — благодетеля человечества, третья буквально выходит на сцену как Мать-Земля. И только Джоан готова платить за идею реальными телами. От такого фанатизма становится не по себе. 💥 Но именно в этом заключается жесткая правда, которую режиссер пытается докричаться до зрителя.
Почему сатира буксует
Увы, во второй половине фильм начинает рассыпаться. Смех стихает, темп замедляется, и на смену логике приходит ритуал. Сатира расползается в лоскуты лесного мифа, а политический памфлет растворяется в эзотерике. Гаврас умеет показывать веру — это видно. Но объяснять её он не собирается, и это раздражает. Парадокс в том, что автор, высмеивающий способность цивилизации превращать любую катастрофу в красивый контент, сам не может отказаться от этого контента. Привлечение Gucci к проекту моментально превращает острую сатиру в беззубый постмодернистский фарс. Или это ловушка? Может, режиссер специально показывает, что выбраться из глянцевой матрицы невозможно даже тому, кто её искренне ненавидит? Гаврас палит в глянцевую цивилизацию из глянцевого же оружия. Другого, увы, не дано. 🤯
Вердикт: кто здесь на самом деле жертва?
И все же «Жертва обстоятельств» выглядит живее и глупее большинства недавних сатир с ремаркой «ешь богатых». Глупее — потому что сюжет набит клише, от климатического капитализма и черной водолазки техномагната до культа знаменитостей, пророчеств и кризиса маскулинного героя. А живее — потому что за всем этим безумием чувствуется настоящее сомнение. Гаврас не может решить, кого презирать больше: тех, кто не верит ни во что, или тех, кто верит настолько сильно, что становится опасен для всех. Возможно, поэтому режиссер отказывается от презрения в финале и просто показывает красивый пролет над лавовыми полями вместе со стаей птиц под GENER8ION. Пусть всё горит, а мы просто посмотрим. Может, это и есть выход? По крайней мере, выглядит впечатляюще. 🍿
