Май 1988 года. Ученица старшей школы Шейдисайда Лори с «магической» фамилией Грэйнджер (Индия Фаулер) ввязывается в борьбу за титул королевы выпускного бала. Будучи не самой популярной девочкой в классе, Лори мечтает поставить своих зазнавшихся ровесниц на место, а заодно избавить семью от дурной славы. Когда-то мать Лори (Джоэнн Боланд) обвинили в преднамеренном убийстве бойфренда, но вину доказать так и не смогли. С тех пор на Грэйнджерах висит клеймо городских изгоев. Увы, Лори еще не знает, что путь к заветной короне окроплен кровью, каждая из ее соперниц — будь то прогульщица и бунтарка Кристи (Ариана Гринблатт) или надменная отличница Клэр (Иден Саммер Гилмор) — становится жертвой маньяка в красном капюшоне. Неизвестный разгуливает в стенах школы в самый разгар праздника и методично избавляется от всех претенденток на звание королевы бала. Кажется, Лори угрожает опасность. Или нет? 😱
Возвращение в проклятый Шейдисайд
В 2021 году на Netflix вышла хоррор-трилогия «Улица страха», вдохновленная книжной серией канадского писателя Роберта Лоуренса Стайна, автора «Мурашек» и просто «короля ужасов» для самых маленьких. Сюжеты романов Стайна варьировались в зависимости от возраста читателей, предлагая как мистические истории об оживших игрушках, так и слэшеры о маньяках на первом свидании. Литературный цикл «Улица страха», стартовавший в далеком 1989 году, за несколько лет до появления культовых «Мурашек», особого успеха у подростков тех лет не снискал. В период ренессанса ретро-хоррора «Улица страха» получила свое право на реабилитацию. Сюжет о провинциальном городке Шейдисайде был разделен на три части, которые в разной степени успешности подражали выбранной эпохе: 90-м, 70-м и 60-м годам XVII века. Общей аркой трилогии стала городская легенда о ведьме Саре Фир, чье проклятие затронуло сразу несколько поколений жителей Шейдисайда. А вы бы хотели жить по правилам этого города? То-то же.
Приемный ребенок франшизы
Новый хоррор Netflix, получивший подзаголовок «Королева красоты», в семье «Улицы страха» ребенок скорее приемный, чем родной. Пусть сценарий в этот раз дословно повторяет один из романов Стайна. Действие фильма вновь отматывает время назад, на этот раз эпицентром событий становятся 80-е. На смену постоянной режиссерке «Улицы страха» Ли Джаньяк приходит постановщик параноидального «Калибра» Мэтт Палмер, который уходит с протоптанной трилогией тропы метамодерна. «Улица страха: Королева красоты» — олдскульный (в плохом смысле) молодежный слэшер. Он включает радио «Ностальгия» каждый раз, когда действие заходит в тупик. А происходит это, друзья мои, слишком часто. 🎬
Эксперименты с визуалом и жестокостью
«Улица страха» Ли Джаньяк едва ли произвела революцию в жанре, однако постановщице удалось найти заветный баланс между самобытностью и подражательством. Она пропустила литературный цикл Стайна через призму современности, не утратив при этом уважения к оригинальному тексту. Палмеру, очевидно, выбранному в качестве режиссера по найму, неинтересно играть со структурой слэшера и разной степенью культурного интертекста. А жаль, ведь в «Королеву красоты» так и напрашиваются отсылки к «Кэрри» Брайана Де Пальмы. С куда большим удовольствием Палмер экспериментирует с визуалом фильма. То и дело имитируя зернистость кадра, перемежая стандартные «восьмерки» с архивной съемкой, стилизованной под VHS. Градус графического насилия в «Королеве красоты» ощутимо выше, чем в предыдущих фильмах. В пыточный набор маньяка в красном капюшоне входит резак для бумаги и циркулярная пила. В кадре щедро разлетаются конечности. И все же сцена с убийством хлебопечкой в первой части «Улицы страха» все еще кажется лучшей во франшизе. Представляете? Хлебопечка! 🥐
Социальная сатира на минималках
В свои лучшие моменты «Королева красоты» заходит на территорию «Дрянных девчонок». Она противопоставляет диаметрально разные женские архетипы в извечной борьбе за место на вершине социальной иерархии. Борьба за внимание мальчиков и право вписать себя в историю школы — это ли не цель любого подростка? Однако даже в таких сценах Палмер отказывает себе в легком уколе иронии. Он предпочитает с каменным лицом фиксировать морально устаревший конкурс на лучшую девочку в классе. И это, простите, провал. Ведь хочется крикнуть: ну добавьте же хоть каплю самоиронии! Но нет, режиссер непоколебим.
Вердикт? Перед нами фильм, который пытается играть по старым правилам, но забывает, что время изменилось. Кроваво, громко, но пусто. Словно трейлер, который никогда не станет полным метром.
