Роман Михайлов снова не снимает кино. По крайней мере, не в привычном понимании. На 48-м ММКФ он представил «Песни джиннов» — работу, которая больше похожа на ритуал, медитацию или сон наяву. 👁️🗨️ Это не история, которую «рассказывают». Это опыт, который предлагают пережить. И если вы готовы отключить внутреннего редактора, требующего внятного сюжета, — вас ждет странное путешествие в новогодний Варанаси, где дым от погребальных костров смешивается с музыкой, а смыслы плавают в воздухе, как речная пыль.
Две дороги, ведущие к Гангу
Формально здесь есть два параллельных сюжета. Вернее, два состояния. В первом мы следим за концертным промоутером Дани (Вьом Ядав). Он — человек-праздник, который в долг заправляет мопед, но с легкостью рассказывает о тысячных толпах на Гоа. Его мир рушится в один момент, когда сорвалось выступление Юлии Волковой. Парень решает, что проклят, и едет в Варанаси — в ашрам к гуру, который, по слухам, лечит музыкой. 🎶
Вторая история — это блуждание. Две актрисы (Виктория Мирошниченко и Анастасия Негинская) и оператор Максим (Алексей Родионов) идут по ночному городу мертвых в канун Нового года. Их диалоги кажутся бессмысленными, истории — мистическими, а цель — призрачной. Просто движение сквозь туман и огонь. В какой-то момент эти нити начинают переплетаться, но не для того, чтобы дать ответы. Скорее, чтобы намекнуть: очищение — это не финал, а процесс.
Анатомия сновидения: почему здесь нет трех актов?
Михайлов давно мастерит свои фильмы по законам не драматургии, а сновидений. «Песни джиннов» — не исключение. Кажется, что действие плывет, герои больше молчат или танцуют, а камера ловит отблески на воде, а не лица. Но! Вот парадокс. 🌀 Фильм четко структурирован: четыре главы, внутри которых угадываются те самые три акта. Режиссер не разрушает форму — он делает ее невидимой, как каркас у воздушного шара.
Сначала вы погружаетесь в первый, повествовательный слой. Дани и его неудача, девушки в ночном городе. Потом начинается игра в ассоциации. Индийская мистика? Безусловно. Отголоски евангельских притч? Возможно. Даже Фрейд где-то маячит на заднем плане. Но это не головоломка, где нужно найти все пазлы. Это скорее волна, которая накрывает с головой. Вы либо плывете, либо пытаетесь бороться — третьего не дано.
Гипноз вместо скрипта: сила Михайлова
В чем главный фокус? Фильм невероятно плотный по смысловой нагрузке, но при этом не давит интеллектуальным превосходством. Не чувствуется, что режиссер умнее тебя и сейчас будет это демонстрировать. Секрет в атмосфере. Михайлов — виртуоз по части улавливания настроения. Помните «Путешествие на солнце и обратно» с его балладами о застрявших во времени бандитах? Или трогательную простоту «Надо снимать фильмы о любви»? Здесь тот же принцип.
Он создает мир, в который хочется провалиться. Мир, где важны не слова, а то, что между ними. Где саундтрек из Баха и трансовых мотивов работает как навигатор по подсознанию. 🤯 Вы перестаете спрашивать «что хотел сказать автор?» и просто смотрите, как танцует тень на стене или как медленно гаснет огонь. Это и есть гипнотическая сила его киноязыка. Она либо захватывает с первой минуты, либо отторгает навсегда. Равнодушным не останется никто.
«Невероятный бред» или «религиозный опыт»? Спектр реакций
Сам Михайлов, представляя картину, честно предупредил: он знает, что реакция будет полярной. От «полного бреда» до «глубокого духовного переживания». И ведь так и вышло! Картина намеренно сделана неочевидной. Она не стремится понравиться, не объясняет себя, не дает удобных ключей.
Для одних это — тончайшая работа с чувствами, медитация на тему очищения, запечатленное время. Для других — самовлюбленный гипноз, где режиссер настолько увлечен своим внутренним миром, что забыл о зрителе у экрана. Михайлов и раньше не работал на массовую аудиторию, но здесь его отрешенность достигла, кажется, апогея. Можно ли это ставить ему в вину? Вряд ли. Вся его фильмография вела к этой точке, где сложность и минимализм нарратива должны были столкнуться.
Кому стоит смотреть (а кому — бежать)?
«Песни джиннов» — это очень характерный Михайлов. Кино не для тех, кто ждет, что ему все разжуют и положат в рот. Это кино для путешественников, готовых заблудиться. Для тех, кто не боится тишины и долгих планов. 🪔 Это красивый, странный, магический жест.
Если вы из тех, кого завораживали его предыдущие работы, — это ваш подарок. Продолжение путешествия на солнце и обратно. Если же вы цените ясность сюжета и конкретику, вероятно, этот сеанс киномедитации покажется вам пыткой. Но может, в этом и есть чудо? Мысль о том, что где-то на берегах Ганга, в дыму от вечных костров, все еще творятся истории, которые нельзя рассказать, — их можно только увидеть. Или присниться.
