Новый сезон хоррор-антологии от Netflix вновь заставляет задуматься: а кто здесь настоящий монстр? 🤔 Если в предыдущих частях Райан Мерфи активно участвовал в создании сценариев про Джеффри Дамера и братьев Менендес, то теперь Иэн Бреннан взял всё в свои руки. И что же вышло? Перед нами — очередная попытка осмыслить фигуру Эда Гина, но на этот раз с неожиданными акцентами.
Сюжет: фермер, мама и голоса в голове
👨🌾 Стеснительный Эдди Гин в исполнении Чарли Ханнэма ведёт жизнь, которая кажется обычной лишь на поверхности. Работа в поле, охота, постоянные упрёки властной матери Августы (Лори Меткалф). Она ненавидит весь мир, особенно женщин, и внушает сыну: «Любить тебя может только мать». Но Эд находит отдушину в дружбе с Аделин Уоткинс (Сюзанна Сон), которая видит в нём родственную душу. Именно она знакомит его с комиксами об Ильзе Кох — «Ведьме Бухенвальда».
Ужасы нацистских лагерей пробуждают в Гине тёмную сторону. Он начинает заниматься мрачными фетишистскими практиками, мечтает о поделках из человеческой кожи. После смерти Аделины её голос в голове Эда приказывает ему выкопать труп и хранить его в доме. Постепенно коллекция масок и черепов растёт, а сам Гин решается на первое убийство. 😨
Монстры среди нас: когда вымысел важнее фактов
Антология «Монстры» никогда не стремилась к исторической точности. В случае с Эдом Гином Иэн Бреннан и вовсе дал волю фантазии. 🎭 Реальные преступления маньяка здесь — лишь повод поговорить о том, как общество превращает зло в зрелище. Заголовок «Монстры» теперь относится не столько к Гину, сколько к тем, кто сделал из его истории миф.
Создатели сериала показывают, как образ Гина вдохновляет других. Вот Альфред Хичкок (Том Холландер) снимает «Психо», подсматривая за актрисами — сцены, которые монтируются в параллель с подглядывающим Гином. А вот Тоуб Хупер (Уилл Брилл) придумывает «Техасскую резню бензопилой» как ответ на ложь государства. Но разве сериал сам не становится частью этой эксплуатации?
Портрет маньяка: между реальностью и фантазией
В реальности Эд Гин был скорее несчастным сумасшедшим, чем кровавым убийцей. Чарли Ханнэм блестяще передаёт его пластику и вкрадчивый голос. 🎬 Однако персонаж не выглядит цельным. То он гарцует с бензопилой, как Кожаное лицо, то танцует, как Буффало Билл из «Молчания ягнят», то консультирует ФБР по делу Теда Банди.
Где же правда? Создатели намеренно стирают границы, представляя Гина ключевой фигурой американского хоррора. Но когда дело доходит до насилия, сериал скатывается в смакование жестокости. Теряется весь тот возвышенный смысл, который авторы пытались донести.
Итог: провокация или банальность?
«Монстр: история Эда Гина» — это провокация, заставляющая задуматься о природе зрелища. Но, критикуя эксплуатацию зла, сериал сам становится её частью. 🎪 Редакция сайта cheek-look.ru отмечает: проект тонет в собственных амбициях, перемешивая банальности с откровенным смакованием.
«И всё же ты не можешь отвернуться», — бросает в камеру Гин. И в этом — главная проблема сериала. Он осуждает наше любопытство к ужасу, но одновременно потакает ему.
