Сериал «СашаТаня» уже больше десяти лет держит зрителей у экранов. Саша и Таня ссорятся, мирятся, ревнуют и снова ссорятся. Мило? Возможно. Но переносить такую модель в реальную жизнь решился бы не каждый. Куда разумнее — уметь договариваться и не устраивать драму на пустом месте. И, представьте себе, у Валентины Рубцовой это получается.
Не заложница образа
Валентине Рубцовой недавно исполнилось 49. И знаете что? Она не боится, что сюжетные перипетии сериала вдруг просочатся в ее жизнь. Отмахивается от журналистов, шутит: мол, это «проклятие» ее точно не коснется. Больше десяти лет она играет Таню Сергееву — и не считает себя заложницей одного образа. Говорит, что любит эту работу настолько, что даже думать не хочет о завершении проекта. Вот так.
Судьба на премьере
А вот личная жизнь актрисы сложилась совсем иначе, чем у ее героини. С супругом Артуром Мартиросяном она вместе уже больше двадцати лет. Познакомились они благодаря Андрею Григорьеву-Аполлонову — тот решил представить друга знакомой. Валентина тогда переживала тяжелый разрыв: бывший возлюбленный ушел от нее к Ирине Дубцовой. Лечила сердце… в спортзале. На ту самую вечеринку пришла уставшая, думала, что выглядит плохо. Но какой-то мужчина все пытался с ней заговорить. Сначала смотрела исподлобья. Потом смягчилась. А когда выяснилось, что места в зале рядом, — сопротивляться было бесполезно. Фильм досматривали, держась за руки.
Десять лет до свадьбы
Первые десять лет пара просто наслаждалась отношениями. Рубцова снималась, Мартиросян занимался информационными технологиями. Поженились только в 2012-м. Потом переезд, беременность — и рождение дочки Софьи. Кстати, врачи предупреждали актрису о возможных трудностях с материнством. Но две полоски на тесте она увидела в Сочи. Теперь семья живет там постоянно, а в столицу прилетает только по делам.
Муж — ее лучшая подруга, говорит Валентина. И вторая кожа. Он всегда спокоен, его фирменная фраза: «Это ерунда, все будет хорошо». Даже когда Рубцовой пришлось целоваться с Андреем Гайдуляном на съемках, Артур отреагировал буднично: «Надо — значит надо. Это твоя работа». Никаких сцен ревности. И это, пожалуй, главный секрет их союза.
