Елене Кореневой 3 октября исполнилось 73 года. Актриса, которую критики наперебой называли то тургеневской Асей, то просто прелестью, сама себя именовала куда жестче. И в этом вся она — вечное противоречие между чужими ожиданиями и собственными желаниями.
Балет, кино и первое разочарование
Маленькая Лена грезила Большим театром. Порхать по сцене, купаться в овациях — что может быть прекраснее? Но в 11 лет случился облом: в хореографическое училище ее не приняли. Обидно? Еще как! Девочка долго не могла понять, куда двигаться дальше. А тут подоспело предложение от отца — Алексея Коренева, режиссера «Большой перемены». Эпизодическая роль, потом еще одна. Случайность или судьба? В Щукинское училище она поступила лишь со второй попытки, да и то не без родительской поддержки. Но упорства ей было не занимать.
Кончаловский, слава и побег за океан
«Романс о влюбленных» стал ее билетом в большой мир кино. А еще — началом трехлетнего романа с Андреем Кончаловским. Увы, режиссер был женат и строил планы без нее. Больно? Не то слово. Зато карьера шла в гору: «Сибириада», «Ася», «Тот самый Мюнхгаузен», «Экипаж». Всесоюзная слава, Канны, почти гарантированный гран-при… И вдруг — переезд в Америку с мужем-славистом Кевином Моссом. Зачем? Официально — любовь. Неофициально — кто ж знает. Полгода превратились в 11 лет. Виза, отказы, развод, работа официанткой в «Русском самоваре» у Бродского. Поэт как-то сказал ей: «Америка подходит тем, у кого слоновья кожа». Коренева решила — не ее случай.
Возвращение и пунктирная линия судьбы
Домой она вернулась. Снова театр, редкие роли в кино, брак с другом детства Андреем Ташковым — и снова расставание через пять лет. Обиды? Какие уж тут обиды. Себя она назвала «Идиоткой» в книге о собственной жизни. Может, и так. А может, она просто парус — тот самый, лермонтовский, что ищет бури, будто в бурях есть покой.
