Она прилетела в Москву в конце шестидесятых — уже звезда мирового кино, с Марлоном Брандо и Мастроянни в партнёрах. А уехала из Театра на Таганке с разбитым сердцем. Ну как уехала… Сначала просто не смогла уйти.
Судьбоносная встреча
Эх, как всё повернулось! Марина попала на репетицию «Пугачёва» — билеты туда было не достать, а ей повезло. Увидела его на сцене и буквально онемела. Потом была обычная актёрская посиделка, кухня, гитара. Он пел, она смотрела не отрываясь. И через несколько часов — признание: влюблён давно, ещё с «Колдуньи» 1956 года. Наглость? Да! Но на свидание она согласилась.
Переводчик не понадобился — русский Марина знала с детства, спасибо отцу и бабушке. До пяти лет говорила только на нём. В семье царил дух сцены: пели, танцевали, разыгрывали сценки. Готовили артистов, что уж тут.
Десять лет на прочность
К моменту знакомства с Высоцким она была замужем во второй раз. Первый супруг — Робер Оссейн, сыновья Игорь и Пётр. Второй — Жан-Клод Бруйе, сын Владимир. И вот ради советского барда она оставила всё это. Брак называла потрясающим и разрушающим одновременно. Буйный характер, алкоголь, другие женщины — любовь проверялась постоянно. Прощала, спасала, находила, умоляла. Десять лет. Видела его в самых некрасивых моментах — и не уходила. Любила.
«Я жив, двенадцать лет тобой и Господом храним…» — последние строки, обращённые к ней.
Что осталось
А что сама Марина считала главным? «Мои мужья. Я была замужем за замечательными мужчинами, которые прекрасно ладили друг с другом». Измены прощала, хоть и ревновала ужасно. Могла и побить, признавалась без стеснения. Отдавала себя целиком — и ждала того же. Не всегда получала. Но разве это повод жалеть?
