Wink выпускает новую экранизацию социально-философской повести Аркадия и Бориса Стругацких. Шоураннерами многосерийного проекта выступили Андрей Золотарев и Теймур Джафаров, а режиссером — Дмитрий Тюрин. Задача звучала почти невыполнимо: сохранить дух первоисточника и одновременно выдать повествованию энергию современного блокбастера. Что из этого вышло — разбираемся без снобизма.
Кеплер 4077, новичок и чужие доспехи
На орбитальную станцию планеты Кеплер 4077 в спешке прибывает Александр Васильевич (Сергей Безруков). Он — сотрудник Института экспериментальной истории, а в Арканарском королевстве работает Наблюдателем. Арканар — государство местного мира, устроенное по образу и подобию земного Средневековья. Только с поправкой на чужую планету, чужие обычаи и очень даже земную жестокость, которая, к сожалению, интернациональна. 📜
Александр привозит на станцию смертельно раненного коллегу (Леонид Ярмольник), быстро прощается с погибшим — и снова отправляется на поверхность. Навязанного начальством напарника-новичка Антона (Александар Радойичич) он, разумеется, берет с собой. Так начинается история Руматы Эсторского — знатного дона, который, согласно легенде, решил выслужиться при дворе.
Дальше — знакомство с миром Арканара. Дон Кондор — именно так знают Александра в столице королевства — вводит новичка в местную жизнь, а жизнь эта, мягко говоря, не курорт. Серый кардинал короля (Владимир Юматов) вместе с доном Рэбой (Федор Лавров) старательно превращает королевство в рассадник фашизма. Не самое уютное место для стажировки, согласитесь? И ведь именно этот мир становится фоном, на котором новичку предстоит учиться быть богом. Или не быть.
Герман, Фляйшман и комплексный подход
Кажется, авторы сериала решили взяться за главные болячки предыдущих экранизаций — причем самым радикальным способом: через комплексный подход. ⚔️
Алексей Герман в своей последней картине превратил Арканар в трехчасовой антропологический кошмар, где человечество буквально тонуло в собственной грязи. Петер Фляйшман в 1989 году, наоборот, разменял социально-философский трактат на банальный фэнтезийный боевик. Ну а Золотарев, Джафаров и Дмитрий Тюрин строят приключенческий сериал: мечи, дворцовые интриги, прямолинейные клиффхэнгеры. А уже потом, вторым слоем, поднимается вопрос: имеет ли право представитель более развитой цивилизации спасать кого-то против его воли? 🤔
Отсюда и ключевое изменение. Дон Румата здесь не измученный Наблюдатель, проживший среди людей пять лет и лишенный права им помогать. Он новичок-идеалист с личным интересом в Арканарском королевстве. Радойичич играет человека, который только что получил доспехи бога, прочитал все инструкции института — и, выйдя на «полевую работу», немедленно уткнулся в реалии, о которых в учебниках не пишут.
Подход упрощает философскую конструкцию Стругацких. Зато дает сериалу внятную арку взросления: Антон вместе со зрителем обнаруживает, как удобно рассуждать о невмешательстве, пока у тебя на глазах не начинают убивать конкретных людей. А конфликт с арканарским режимом обретает дополнительную глубину, когда выясняется: главный герой еще и ищет на планете пропавшего отца (Виктор Добронравов).
Арканар, который построили всерьез
А вот здесь продюсеры, что называется, не пожадничали. На фоне действующих лиц Арканар выделяется как самостоятельный персонаж — и это, пожалуй, главная победа проекта.
Создатели явно приложили огромные усилия, чтобы город не выглядел очередным населенным пунктом из российского сериала, куда завезли несколько грузовиков грязи. Восточная архитектура. Иранские пустыни. Монструозные дворцы. Своеобразные религиозные ритуалы, продуманные костюмы, уникальная планетарная экология. Мир получился достаточно объемным, чтобы не ощущаться безликим павильонным задником. На этой стезе амбиции окупились полностью. 🏜️
Улыбка Безрукова, похмелье Руматы и отпетый негодяй
Радойичич с ролью сериального Руматы справляется — даже с поправкой на то, что в вышедших эпизодах у благородного дона всего три состояния: отвращение, похмелье и удалая дерзость. 🎭 Немного, зато энергично.
Безруков работает вполне дежурно, со своей привычной улыбкой. Никите Кологривому роль эпатажного барона Пампы заметно жмет — образ явно требует другого масштаба и другой фактуры. А вот Федор Лавров традиционно идеален в шкуре наводящего жуть отпетого негодяя, тут и добавить нечего. В кадре появляется и Виктория Исакова — дона Окана. О глубине персонажей говорить пока сложно. Зато можно точно утверждать: с задачей не перенапрячь зрителя актерский состав справляется.
От «Игры престолов» до «Соляриса»
А вот когда сериал перебирается в куда более эфемерное пространство смыслов, начинаются проблемы. Уже во втором эпизоде Золотарев и Джафаров жмут на газ. Шоу становится быстрее, эффектнее и, вероятно, доступнее самой широкой аудитории — в основном за счет выборки референсов: от «Игры престолов» до пресловутой «Дюны» Дени Вильнева и даже «Соляриса». ⚡
Философские вопросы при этом проговариваются быстро и вполголоса. Еще бы! Когда герой без продыху карабкается по стенам, устраивает осады и красиво разбрасывает противников, на размышления о морали времени не остается. Персонажи быстро становятся архетипичными, диалоги — простоватыми, а история — собирательной. Проще говоря, сериал выигрывает в темпе и заметно проигрывает в недосказанности.
Наблюдатель, соучастник и вопрос на миллион
Сравнивать новый «Трудно быть богом» с картиной Алексея Германа — дело гиблое. Ждать, что сериал станет дословно переносить на экран повесть Стругацких, — тоже. Но с попыткой превратить советскую социальную фантастику в большой современный приключенческий сериал Андрей Золотарев и Теймур Джафаров скорее справились.
Российские зрители устали до истерики от сказочных сюжетов, и появление масштабного сай-фая — относительно удачный способ вернуть доверие. Другой вопрос: удастся ли авторам за всеми мечами, дворцами и живописными пустынями сохранить главную мысль книги? Если ты способен остановить зло и сознательно этого не делаешь — в какой момент из наблюдателя ты превращаешься в соучастника? Ответа пока нет. И, честно говоря, именно поэтому мы и продолжаем смотреть. 🎬
