Нина Карди ставит «Макбета» в стенах Comédie-Française — театра, который старше почти любой европейской монархии. До премьеры остаётся три часа, в зале ждут министра культуры, за кулисами — конец света в отдельно взятом здании. Дебютанты Мартен Дарондо и Бертран Юсклу превратили этот производственный апокалипсис в 72-минутную комедию. И, надо сказать, ни разу не соврали.
180 минут до катастрофы
Актриса Нина Карди (Полин Клеман) впервые садится в режиссёрское кресло в родных стенах. Ставка высока — «Макбет» Уильяма Шекспира, пьеса, которую в этом доме трогать побаиваются. Репетиции позади, билеты проданы, декорации выстроены. 🚂 И тут приходит весть: ведущая актриса вместе с художницей по гриму застряли на вокзале в Бресте. В срок они не прибудут. Отменить или перенести показ невозможно — пьесу приедет смотреть министр культуры (Франсуаз Жиллар), и именно от её вердикта зависит, получит ли театр дальнейшее финансирование.
Что делать? Бежать. Просто бежать — от гримёрки к сцене и обратно.
Стало быть, провал — это не только разбитое сердце дебютантки, но и строка в бюджете. Кто бы мог подумать, что судьба одной из старейших сцен Европы решится в один-единственный вечер?
Труппа, где каждый сам себе оркестр
Капризные артисты основной труппы превращают и без того сложное утро в филиал цирка. Подбор кадров — загляденье. Стареющий актёр с огромным эго Филипп (Лоран Стокер) без устали препирается с неопытной постановщицей. Его жена (Марина Анд) изменяет супругу с молодым коллегой Антуаном (Жюльен Фрисон). Сам Антуан изводит Нину суевериями: отказывается выходить на сцену в жакете зелёного цвета. 🧙 Компанию разбавляют юная Сюзанна (Аделин Д’Эрми), чей интеллект невысок, а память на реплики — ещё ниже, и Надин (Даниэль Лебрюн), актриса на закате карьеры. Последняя злоупотребляет запрещёнными веществами и тоскует по нетрезвому безумию подмостков семидесятых.
Спасательный круг для Нины один: сыграть леди Макбет самой. И это, конечно, ничего не исправляет.
На генеральной репетиции творится чёрт-те что. Надин исчезает в состоянии опьянения, Филипп узнаёт о постоянных изменах жены, а по сцене летает подвешенный к потолку младенец. 🤯 До возможного провала — ровно 180 минут.
Как скетчи выросли в полный метр
Забавно, но «Безумный день в Комеди Франсез» начинался совсем не как фильм. Несколько лет назад руководители театра попросили Полин Клеман — реальную актрису Comédie-Française — снять серию комедийных скетчей о сценических буднях артистов. В отведённом формате быстро стало тесно, Клеман села за сценарий сериала. Вот только реализовать замысел оказалось задачей почти невыполнимой.
Comédie-Française — старейший действующий театр Франции и один из старейших в мире. Основан в 1680 году декретом короля Людовика XIV. За три с лишним века репертуар вставал на паузу лишь дважды: во время Великой французской революции и на время продолжительного ремонта в 2025-м. В том же году набросок сценария попал в руки Мартену Дарондо и Бертрану Юсклу. Дебютанты не стали тянуть: полнометражку сняли за 14 дней. 🎬 Прямо в стенах театра, а главные роли отдали реальным артистам труппы.
Получилась история, в которой все бегут, спорят и паникуют, а зритель только успевает поворачивать голову.
Оба режиссёра пришли в кино с подмостков. Юскла — выпускник Высшей национальной консерватории драматического искусства в Париже, играл в труппе Compagnie le Vélo Volé, гастролировал по стране с моноспектаклем «Смешно (название не является публичной офертой)». Дарондо известен постановкой «Те, кто остаётся» — адаптацией пьесы Паскаля Эльбе, которая шла на Авиньонском фестивале. Изнанка сценической жизни им знакома не понаслышке. Оттого и вышло почти докуфикшен-комедией, разыгранной практически в режиме реального времени.
Театр без пьедестала
Дуэт вдоволь иронизирует над буднями артистов, высмеивая забронзовевшие суеверия. Члены труппы боятся произносить название пьесы — вместо него звучит «шотландская трагедия». Помогает? Ничуть. Не вовремя сгорает новый прожектор, от дым-машины слезятся глаза, а тени от декораций складываются в символику Третьего рейха на красном занавесе. 😅 Скромный хронометраж в 72 минуты работает на создателей: динамику удаётся задать с первых минут и удержать до последней.
На огонёк заскакивает даже дух Мольера (Бенжамен Лаверн). Он упрекает Нину за выбор Шекспира и окрестил «Ромео и Джульетту» «историей о токсичном сексоголике, который довёл девушку до самоубийства». Ого!
За всем этим гвалтом прячется простая мысль: святое — не пьеса и не имя драматурга, а люди, которые выходят на сцену.
Интонационно «Безумный день» созвучен «Убойному монтажу» Мишеля Хазанавичуса — метакомедии о производственном кошмаре на съёмках. Если автор «Артиста» иронизировал над кинопроцессом и феноменом бездушных ремейков («Убойный монтаж» — дословная адаптация японского хоррора «Зомби одним планом!»), то Дарондо и Юсклу десакрализируют жизнь сцены. Вместо патетичных реплик — громкие и нелепые разборки. А стереотипное поклонение Шекспиру сменяется откровенным высмеиванием. По британскому драматургу «проходится» не только призрак Мольера, но и Сюзанна, называя его пьесы сложными и заумными. 🙃 Признаться в таком, будучи театральной актрисой, — всё равно что российскому кинокритику назвать Андрея Тарковского скучным. Крамола.
Занавес, который не хочется опускать
Вопреки довольно хрестоматийному сюжету, перед нами уморительная комедия о подноготной подмостков. Оказывается, снять увлекательное кино о театре можно и без Майкла Китона в главной роли. Хватит щепотки самоиронии, череды комичных миниатюр и влюблённых в своё дело создателей. 👀 Такому представлению никакой антракт не понадобится.
Фильм «Безумный день в Комеди Франсез» выйдет в прокат в октябре.
