Париж, 1928 год. Площадь, толпа, девушка по имени Сюзан, которую все зовут Электрической Венерой, — за деньги целует желающих, пока через её тело пропускают ток. Необразованная провинциалка, циркачка. И надо же такому случиться: она случайно притворяется медиумом и помогает скорбящему пьяному художнику Антуану связаться с духом погибшей супруги Ирэн. Сюзан была бы рада перестать дурить живописца, вот только арт-дилер Арман просит артистку встречаться с тоскующим вдовцом регулярно. И, что удивительно, Антуан, воодушевлённый общением с почившей возлюбленной, снова начинает рисовать. Вот такая арифметика: одна ложь, один художник и одна очень хрупкая надежда.
Цирк как уважительная причина
Премьера «Электрического поцелуя» состоялась на открытии Каннского фестиваля этого года. Обычно в первый день престижного киносмотра на Лазурном берегу показывают не медитативные сложноустроенные драмы, а бодрые зрительские хиты с не самым хитрым сюжетом. 2026-й исключением не стал. И это, честно говоря, логично: фестиваль надо открывать так, чтобы публика не заснула на первом же сеансе.
Пьер Сальвадори не относится к первому эшелону французских режиссёров, но всё же является заметным автором жанрового кино и регулярно сотрудничает с Одри Тоту. Снимает он давно и почти всегда с юмором — про отношения. Пожалуй, первой заметной работой Сальвадори был ромком о зарождении чувств между авантюристкой и служащим отеля «Роковая красотка». В «Случайном романе» дочь пыталась вывести мать из депрессии, а нашла любовь. В криминальном драмеди «Нежная рука закона» из «Двухнедельника режиссёров» Канн молодая полицейская инспекторка помогала встать на ноги невинно осуждённому парню, только что вышедшему из тюрьмы. А в приключенческой комедии «Банда супергероев», заметно отличающейся от других работ француза, компания детей устраивала диверсию на заводе.
🎪 В «Электрическом поцелуе» Сальвадори несколько раздвигает привычные рамки ромкома и добавляет в знакомый рецепт авантюрные нотки. В первую очередь в глаза бросается цирковой сеттинг — он-то и позволяет не обращать внимания на многие сюжетные допущения. Шатёр, опилки, номер с током: тут сама атмосфера разрешает героям вести себя чуть наивнее, чем в обычной городской истории.
Идея «Электрического поцелуя» принадлежит Ребекке Злотовски («Частная жизнь», «Планетариум») и Робену Кампийо («120 ударов в минуту», «Мальчики с Востока»). Над сценарием Сальвадори работал с постоянным соавтором Бенуа Граффином, а также Бенжамином Шарби («Предчувствие» и «Моя бывшая подружка»).
Спиритизм, ток и законы жанра
В 1920-е и 1930-е спиритизм и увлечение потусторонним миром были распространены не только в Европе, но и на американском континенте. Потому наивное поведение главного героя, который далеко не сразу замечает аферу, вполне вписывается в законы времени. Ну кто бы в двадцатых всерьёз проверял медиума на честность?
Ромком в целом предполагает солидную долю условности, так что мистика и волшебство совпадений картине даже к лицу. ⚡ По легкомысленности и чудачествам главных героев «Электрический поцелуй» напоминает французские хиты нулевых — «Амели» и «Влюбись в меня, если осмелишься».
Ещё одна важная особенность фильма — развитие событий в двух временных пластах. Сюзан находит дневник погибшей Ирэн и узнаёт историю знакомства, развития романа и трагического финала пары. Циркачка отчасти даже копирует поведение прошлой возлюбленной Антуана, продолжая кружить скорбящему художнику голову. Во время сеансов с живописцем Ирэн якобы проникает в тело Сюзан, а медиум говорит с вдовцом и для пущей убедительности выдаёт детали отношений, которые знала только умершая. Красиво? Да. Честно? Ну, как посмотреть.
Врут все, страдают тоже все
Антуана обманывает не только Сюзан. Арт-дилер и по совместительству друг Арман тоже прикладывает к этому руку. Ложь здесь выдаётся за благо, которое может излечить старые незаживающие сердечные раны. И, надо признать, работает: живописец снова берётся за кисть.
Если приглядеться, то несчастен в кадре не только всё ещё страдающий по возлюбленной Антуан. 💔 Как выясняется позже, неспокойно на душе и у одинокого Армана. А Сюзан ещё в подростковые годы родители продали в цирк. В настоящем артистка получает регулярные разряды тока и ожоги на руках за сущие копейки. Случай и цепочка забавных обстоятельств помогают трём запутавшимся печальным героям обрести если не счастье, то надежду. Три одиночества, один Париж — и почти ни одного честного разговора. Пока.
Париж, который помнит войну
Зрители знакомятся с Парижем 1928 года и городом во времена сразу после окончания Первой мировой. Авторы напрямую не говорят о войне. Но после сражений Арман хромает и ходит с тростью, а горе Антуана рифмуется со страданиями всей страны. Первая мировая навсегда изменила мир — и это чувствуется, даже если слово «фронт» в кадре так и не прозвучит.
🕰️ Однако «Электрический поцелуй», хоть и внимательно относится ко времени, вслед за голливудскими комедиями Эрнста Любича и Билли Уайлдера делает трагическое прошлое лишь фоном. Сальвадори вообще удачно смешивает приметы голливудской мелодрамы 1930-х и 1940-х с более современными французскими аналогами. Получается такой коктейль: довоенный лоск, послевоенная грусть и вполне сегодняшняя ирония.
Чудо под напряжением
🎬 «Электрический поцелуй» радует отличными актёрскими работами, а также бодрым темпом. Анаис Демустье, Пио Мармай, Жиль Леллуш и Вимала Понс существуют в кадре так, что за будущее центральных персонажей сложно не переживать. Конечно, это не новое слово в жанре, но игривая картина позволяет забыть о ежедневных заботах и отдаться магии великой иллюзии.
Благодаря цирковым трюкам и электрическому заряду Сальвадори пытается воскресить переживающий не лучшие времена жанр ромкома. Получится ли? Вопрос открытый. Но если принять условности французского зрительского кино и снисходительно отнестись к сценарию, картина подарит пару часов в компании обаятельных чудаков. ✨ А что ещё нужно, когда за окном 2026-й, а в голове — Париж 1928-го и девушка, целующая всех желающих под напряжением?
