Париж, 1928-й. Площадь, толпа, монетки в шляпе и девушка, через тело которой пропускают электрический ток. Знакомьтесь: Сюзан, она же Электрическая Венера. Необразованная провинциалка, которая за деньги целует всех желающих — и всё это под разрядами. А потом случается то, чего специально не придумаешь: циркачка случайно изображает медиума и помогает пьяному скорбящему художнику Антуану связаться с духом погибшей супруги Ирэн. Дальше — вранье, которое почему-то лечит. Об этом и новая картина Пьера Сальвадори, открывшая нынешний Каннский фестиваль.
Что вообще происходит на экране
Сюзан давно бы бросила дурить живописца. Совесть-то есть. 😬 Но арт-дилер Арман — друг Антуана и человек дела — просит циркачку встречаться с тоскующим вдовцом регулярно. И знаете что? Работает. Воодушевлённый общением с почившей возлюбленной Антуан снова берётся за кисти и начинает рисовать. Вот такая афера с человеческим лицом: ложь здесь выдаётся за благо, которое способно залечить старые незаживающие сердечные раны.
Сальвадори в своём репертуаре
Премьера «Электрического поцелуя» состоялась на открытии Каннского фестиваля. Обычно в первый день престижного киносмотра на Лазурном берегу показывают не медитативные сложноустроенные драмы, а бодрые зрительские хиты с не самым хитрым сюжетом. И этот год не стал исключением.
Пьер Сальвадори не относится к первому эшелону французских режиссёров, но всё же является заметным автором жанрового кино и регулярно сотрудничает с Одри Тоту. Постановщик давно с юмором снимает фильмы об отношениях. Пожалуй, первой заметной работой Сальвадори был ромком о зарождении чувств между авантюристкой и служащим отеля — «Роковая красотка». В «Случайном романе» дочь пыталась вывести мать из депрессии, а нашла любовь. В криминальном драмеди «Нежная рука закона» из «Двухнедельника режиссёров» Канн молодая полицейская инспекторка помогала встать на ноги вышедшему из тюрьмы невинно осуждённому парню. А в приключенческой комедии «Банда супергероев», заметно отличающейся от других работ француза, компания детей устраивала диверсию на заводе.
Идея «Электрического поцелуя» принадлежит Ребекке Злотовски («Частная жизнь», «Планетариум») и Робену Кампийо («120 ударов в минуту», «Мальчики с Востока»). Над сценарием Сальвадори работал с постоянным соавтором Бенуа Граффином, а также Бенжамином Шарби («Предчувствие» и «Моя бывшая подружка»).
Цирк, спиритизм и щепотка авантюры
В «Электрическом поцелуе» Сальвадори несколько раздвигает привычные рамки ромкома и добавляет в знакомый рецепт авантюрные нотки. 🎪 В первую очередь в глаза бросается цирковой сеттинг — и он же позволяет не обращать внимания на многие сюжетные допущения. В 1920-е и 1930-е спиритизм и увлечение потусторонним миром были распространены не только в Европе, но и на американском континенте. Потому наивное поведение главного героя, который далеко не сразу замечает аферу, вполне вписывается в законы времени. Ромком в целом предполагает солидную долю условности, так что мистика и волшебство совпадений картине даже к лицу.
По легкомысленности и чудачествам главных героев «Электрический поцелуй» напоминает французские хиты нулевых — «Амели» и «Влюбись в меня, если осмелишься». Сравнение лестное, но не пустое: интонация у картины ровно та же — тёплая, чуть взбалмошная, с улыбкой вместо морали.
Два времени и одна большая ложь
Ещё одна важная особенность фильма — развитие событий в двух временных пластах. Сюзан находит дневник погибшей Ирэн и узнаёт историю знакомства, развития романа и трагического финала пары. Циркачка отчасти даже копирует поведение прошлой возлюбленной Антуана, продолжая кружить скорбящему художнику голову. Во время сеансов с живописцем Ирэн якобы проникает в тело Сюзан, а медиум говорит с вдовцом и для пущей убедительности выдаёт детали отношений, которые знала только умершая. Также Антуана обманывает арт-дилер и по совместительству друг Арман. Ложь здесь выдаётся за благо, которое может излечить старые незаживающие сердечные раны.
Горе, которое ходит рядом
Если приглядеться, то несчастен в кадре не только всё ещё страдающий по возлюбленной Антуан. Как выясняется позже, неспокойно на душе и у одинокого Армана. А Сюзан ещё в подростковые годы родители продали в цирк. В настоящем артистка получает регулярные разряды тока и ожоги на руках за сущие копейки. 😔 Трое взрослых людей, каждый со своей трещиной, и ни один не умеет говорить о боли прямо.
Случай и цепочка забавных обстоятельств помогают трём запутавшимся печальным героям обрести если не счастье, то надежду. И, пожалуй, это лучшее, что может предложить история про электрическую Венеру и её обманчиво добрую ложь.
Париж, война и тень Голливуда
Зрители знакомятся с Парижем 1928 года и городом во времена сразу после окончания Первой мировой. Авторы напрямую не говорят о войне, но после сражений Арман хромает и ходит с тростью, а горе Антуана рифмуется со страданиями всей страны. Первая мировая навсегда изменила мир. Однако «Электрический поцелуй», хоть и внимательно относится ко времени, вслед за голливудскими комедиями Эрнста Любича и Билли Уайлдера делает трагическое прошлое лишь фоном. Сальвадори вообще удачно смешивает приметы голливудской мелодрамы 1930-х и 1940-х с более современными французскими аналогами.
Актёры, темп и что в сухом остатке
«Электрический поцелуй» радует отличными актёрскими работами, а также бодрым темпом. За будущее центральных персонажей сложно не переживать. 🎭 Конечно, это не новое слово в жанре. Но разве обязательно изобретать велосипед, чтобы просто хорошо провести пару часов? 🤔 Игривая картина позволяет забыть о ежедневных заботах и отдаться магии великой иллюзии.
Благодаря цирковым трюкам и электрическому заряду Сальвадори пытается воскресить переживающий не лучшие времена жанр ромкома. Если принять условности французского зрительского кино и снисходительно отнестись к сценарию, картина подарит пару часов в компании обаятельных чудаков. А что ещё нужно от фильма, который открывает большой фестиваль и не претендует на большее? ⚡
