В российский прокат выходит «Тони» — байопик о том, как Энтони Бурден стал тем, кем стал. Американский шеф-повар, писатель, путешественник, лицо «Без брони» и «Неизвестных мест». Режиссёр Мэтт Джонсон рассказывает эту историю не через регалии и не через кухонные легенды, а через взросление: перед нами девятнадцатилетний парень, который ещё ничего не умеет, но уже абсолютно уверен в собственной гениальности. 🍽 Разбираться, где здесь вымысел, а где правда, — занятие неблагодарное. Кажется, авторы это понимают лучше всех.
Парень, которому все должны
Тони (Доминик Сесса) — студент Колледжа Вассар. Он ненавидит, когда его называют Энтони: мать давит интеллектом, а имя звучит как чужая взрослая жизнь. Он убеждён, что ему суждено стать великим писателем. Проблема в том, что писать он не пробовал, а вот путать амбиции с достижениями умеет виртуозно 🎬 После провала с престижной литературной стипендией Тони едет в Провинстаун — к Нэнси (Эмилия Джонс), девочке из школы, по которой сохнет уже который год. Денег нет. Работы нет. Так он и оказывается мойщиком посуды в рыбном ресторане, где заправляет строгий, но справедливый шеф (Антонио Бандерас).
Человек заканчивается, персонаж начинается
Энтони Бурден — фигура огромная и трагичная. Больше четверти века он отработал на ресторанных кухнях, потом взлетел на бестселлере Kitchen Confidential: Adventures in the Culinary Underbelly, а после практически переизобрёл кулинарное тревел-шоу. Он был настолько хорошим рассказчиком, что после смерти в 2018-м мир обнаружил странное: непонятно, где в его биографии заканчивается человек и начинается персонаж.
Джонсон решает эту задачу нахально — вообще перестаёт делать вид, что знает ответ. Формально это байопик. Фактически — кино по мотивам нескольких десятков страниц Kitchen Confidential, чужих воспоминаний и той версии юности, которую Бурден сам успел превратить в легенду.
Открой его биографию — и придраться можно к чему угодно. Нэнси Путкоски уже была его девушкой, когда они вместе поехали в Провинстаун. Никакой судьбоносной стипендии не существовало. Несколько летних сезонов на ресторанах полуострова Кейп-Код авторы утрамбовали в одно удобное лето 1975-го. И вот именно в столкновении с реальностью фильм оказывается интереснее очередной музейной биографии.
Самозванцы — главная тема Джонсона
Мэтт Джонсон не реконструирует прошлое, он воссоздаёт образ. Для режиссёра «Кто убил BlackBerry» Бурден — практически идеальный герой: всю карьеру Джонсон снимает кино о людях, которые сначала создают представление о себе, а уже потом пытаются ему соответствовать. В «Операции „Лавина“» он подделывал историю высадки на Луну. В «Кто убил BlackBerry» превращал корпоративную хронику в трагикомедию о мужчинах, случайно построивших будущее.
Так что молодой Бурден интересует его прежде всего как самозванец. Тони всем рассказывает, что он писатель, — не написав ни строчки. Делает вид, что разбирается в еде, — впервые взяв в руки нож. Врёт постоянно. Не чтобы кого-то обмануть — ему отчаянно нужно, чтобы его будущая версия существовала прямо сейчас. 😅
Доминик Сесса — идеальный выбор. Джонсон разумно запрещает актёру превращаться в двойника: никакой попытки скопировать знаменитую интонацию телеведущего, никаких заранее разложенных привычек. Перед нами не великий человек в ожидании титров, а довольно неприятный юноша, уверенный, что мир просто недостаточно быстро понял его исключительность.
Тарелка либо чистая, либо нет
Кухня впервые устраивает Тони настоящую проверку на вшивость. Мудрый шеф собран из нескольких реальных наставников Бурдена — и он не читает лекций. Тарелка либо чистая, либо нет. Нож для устриц либо вскрывает раковину, либо вонзается в руку. Для парня, привыкшего решать проблемы болтовнёй, мир, где кипяток 🔪 и огонь равнодушны к твоему словарному запасу, оказывается терапевтическим.
Контрапунктом персонажу Бандераса работает Сэл (Лео Вудалл) — образец взрослой жизни с выкрученными тёмными чертами: наркотическая зависимость, неконтролируемая агрессия. Между этими двумя огнями Тони и выбирает, каким мужчиной ему хочется стать.
Пиратский корабль и его цена
Двусмысленно сегодня выглядит романтика старой кухонной маскулинности. Бурден сам сделал образ кухни как пиратского корабля невероятно привлекательным: наркотики, издевательства, ожоги, секс, опасность и верность экипажу до гроба 🥴 Фильм прекрасно передаёт, почему молодой человек мог влюбиться в этот мир. А вот вопрос, насколько здоровой была сама система, задаёт значительно тише.
В 1970-х издевательства выглядят ритуалом инициации. Сегодня значительную часть этого поведения HR вполне справедливо назвал бы словом куда менее романтическим. Но Джонсон достаточно умён, чтобы не превращать Бурдена в святого покровителя гастрономии. Тони заносчив, ревнив, труслив. Иногда просто неприятен. И именно эта несимпатичность спасает картину от памятника. Главное достоинство Сессы — он позволяет увидеть человека, который однажды станет легендой, не утверждая, что тот всегда таким был.
Валюта, которой расплачивался Бурден
Чем ближе финал, тем сильнее фильм хочет доказать: всё увиденное неизбежно вело к правильному результату. Биографическое кино обожает такие моменты, когда случайность ретроспективно превращается в предназначение, — и «Тони» не удалось избежать шаблона. Сам Бурден, кажется, первым бы это высмеял 🙃
С другой стороны, Джонсон принципиально отказывается строить картину вокруг последней точки пути. И это правильное решение: человеческая жизнь не становится трагедией задним числом только потому, что мы знаем, чем она закончилась. «Тони» лучше всего работает не как история происхождения Энтони Бурдена, а как свидетельство его многогранности. В тот или иной момент он успел побывать и Тони, и Сэлом, и умудрённым опытом шефом.
Да, порой фильм слишком старательно рисует выверенную карьерную траекторию. Хотя в действительности этот человек был выкован в самом хаосе жизни — том самом, который так любил наблюдать в собственных программах. Но когда кино перестаёт объяснять будущего героя и просто смотрит, как молодой придурок моет посуду, режет продукты, влюбляется, врёт, получает по голове и впервые испытывает удовольствие от хорошо сделанной работы, — возникает нечто куда более ценное, чем биографическая точность 🔥 Просто хорошая история. Та самая валюта, которой Энтони Бурден расплачивался всю жизнь.
