Татьяна Доронина, народная артистка СССР и президент МХАТ имени Горького, уже несколько лет не появляется в театре. Здоровье не позволяет. Но это не значит, что она отошла от дел. Ни одно назначение в театре не проходит без её согласования. Вот так. 93 года, а хватка прежняя.
Из Барвихи в Юго-Западный
Эх, были времена! Санаторий «Барвиха», трёхкомнатный люкс, сосновый бор. 900 тысяч рублей в месяц. Потом — номер поскромнее, за 700. Платила сама: пенсия плюс президентская зарплата в полмиллиона. Но в феврале 2022 года — ковид. Ноги отказали. Нужна сиделка? А вот и нет. Характер у Татьяны Васильевны, скажем мягко, непростой. Жить с кем-то в одной комнате — ни за что. Оплачивать помощнице отдельные апартаменты — тоже нет. Медсёстры терпели-терпели, да и взбунтовались. Коллективное письмо руководству: или мы, или она. В июле Доронину перевели в геронтологический центр «Юго-Западный». «Богадельня»? Да бросьте. Круглосуточный уход, реабилитация по израильским методикам, массаж. 200 тысяч в месяц. Говорят, счета оплачивает правительство Москвы. Плюс льготы блокадницы.
Кошки, письма и внезапная родня
Настрой у актрисы боевой. И немудрено: персонал внимательный, а в номере — две кошки британской породы. Исключение сделали. Питомцев даже возят в «парикмахерскую» — мыть и вычёсывать. Кошки Дорониной ближе любых родственников. Мужей было пятеро, самый долгий брак — восемь лет. Детей нет. Работа всегда была на первом месте. А теперь, когда возраст почтенный и имущество немалое, объявилась «племянница» Елена Буянова. Поговорить пыталась, фото семейные приносила. Доронина не откликнулась. Тогда Буянова написала в Совет по правам человека: мол, «национальное достояние» удерживают против воли. Полиция пришла. Дело закончилось. А к самой Буяновой вопросы появились: оказалось, она не родственница вовсе, а подруга «настоящей племянницы» Юлии. Та тоже пыталась встретиться. Письмо Доронина прочитала, фото изучила, а от встречи отказалась — самочувствие. Резонный вопрос: почему родня активизировалась именно сейчас? Уж не квартира ли на Фрунзенской набережной тому причиной? Юлия клянётся: пыталась общаться давно, ходила в театр, передавала записки. Бесполезно. Ну а мы что? А мы просто наблюдаем. И, честно говоря, немного грустно.
