В российский прокат выходит байопик «Тони». Формально это история становления Энтони Бурдена — шеф-повара, писателя и путешественника. Фактически — кино про взросление, где режиссёр Мэтт Джонсон меньше всего озабочен тем, чтобы сойти за документалиста. 🤔 Где в этой картине заканчивается вымысел и начинается реальность? И почему из легенды об одном летнем загуле получилось почти образцовое полубиографическое драмеди?
Парень, который путает амбиции с достижениями
Девятнадцатилетний Тони в исполнении Доминика Сессы — студент Колледжа Вассар. Он страдает от интеллектуального давления матери и потому ненавидит, когда его называют Энтони. Он уверен, что ему суждено стать великим писателем. И, как это свойственно юным мужчинам, путает амбиции с достижениями.
После неудачи с получением престижной литературной стипендии Тони отправляется в городок Провинстаун — на поиски Нэнси (Эмилия Джонс), девушки, к которой он неровно дышит ещё со школы. Деньги кончаются стремительно. Приходится устраиваться мойщиком посуды в рыбный ресторан под началом строгого, но справедливого шефа (Антонио Бандерас).
Звучит как завязка стандартной инди-драмы? Ещё бы. Но дальше начинается куда более интересное.
Кухня как проверка на вшивость
Кухня, где заправляет мудрый шеф, впервые подвергает Тони настоящей проверке. Не на талант, не на эрудицию — на вшивость. 🔥 Тарелка либо чистая, либо нет. Нож для устриц либо вскрывает раковину, либо вонзается в руку. Никаких полутонов и никаких скидок на то, что ты умный.
Для парня, привыкшего решать проблемы болтовнёй, мир, где кипяток и огонь совершенно равнодушны к твоему словарному запасу, оказывается терапевтическим. И это, пожалуй, самое честное, что происходит с героем за весь фильм.
Пиратский корабль и его обаяние
Несколько двусмысленно сегодня выглядит романтика старой кухонной маскулинности. Бурден сам сделал невероятно привлекательным образ кухни как пиратского корабля: наркотики, издевательства, ожоги, секс, опасность и верность экипажу до гроба.
«Тони» прекрасно передаёт, почему молодой человек мог влюбиться в этот мир. А вот вопрос о том, насколько здоровой была сама система, задаёт значительно тише. 🍳 В 1970-х издевательства выглядят как ритуал инициации, хотя сегодня значительную часть подобного поведения HR вполне справедливо назвал бы куда менее романтическим словом.
Джонсон, впрочем, достаточно умён, чтобы не превращать Бурдена в святого покровителя гастрономии. Тони заносчив, ревнив, труслив, иногда попросту неприятен. И именно эта несимпатичность спасает картину от памятника.
Между шефом и Сэлом
Контрапунктом персонажу Антонио Бандераса работает Сэл (Лео Вудалл) — образец взрослой жизни, в котором выкручены тёмные черты: наркотическая зависимость и неконтролируемая агрессия.
👀 Находясь между этими двумя огнями, Тони будто бы выбирает, каким мужчиной ему хочется стать. Шеф Бандераса строг, но справедлив, и собран он из нескольких реальных наставников Бурдена. Никаких нотаций о призвании — просто требование, чтобы тарелка была чистой. И в этой сборности нет ничего плохого: она работает.
Тот случай, когда придраться можно ко всему
Если открыть биографию Бурдена, придраться можно к любой части фильма. Нэнси Путкоски уже была его девушкой, когда они вместе отправились в Провинстаун. Никакой судьбоносной литературной стипендии не существовало. А несколько летних сезонов, во время которых Бурден работал в разных ресторанах полуострова Кейп-Код, авторы утрамбовали в одно удобное лето 1975 года.
И вот тут начинается самое любопытное. В столкновении с реальностью «Тони» оказывается куда интереснее очередной музейной биографии. Мэтт Джонсон не реконструирует прошлое — он воссоздаёт образ. Для режиссёра, снявшего «Кто убил BlackBerry» и «Операцию “Лавина”», Бурден — практически идеальный герой.
Подумайте сами. Джонсон всю карьеру снимает фильмы о людях, которые сначала создают представление о себе, а уже потом пытаются ему соответствовать. В «Операции “Лавина”» он подделывал историю высадки на Луну. В «Кто убил BlackBerry» превращал корпоративную хронику в трагикомедию о мужчинах, случайно построивших будущее.
Поэтому молодой Бурден интересует его прежде всего как самозванец. Тони всем говорит, что он писатель, хотя ничего не написал. Делает вид, что разбирается в приготовлении пищи, хотя впервые взял в руки нож. Постоянно врёт — но не потому, что хочет кого-нибудь обмануть. Тони просто отчаянно необходимо, чтобы его будущая версия существовала прямо сейчас. 💥
Актёр, которому запретили быть двойником
Доминик Сесса — идеальный выбор для подобной роли. Джонсон разумно запрещает актёру превращаться в двойника Бурдена. Нет попытки скопировать знаменитую интонацию телеведущего. Нет заранее разложенных перед зрителем будущих привычек героя.
Перед нами не великий человек в ожидании титров, а довольно неприятный юноша, который пока уверен, что окружающий мир просто недостаточно быстро понял его исключительность. Главное достоинство Сессы в том, что он позволяет увидеть человека, который однажды станет легендой, не утверждая, что тот всегда таким был.
Соблазн предназначения
Но чем ближе финал, тем сильнее «Тони» хочет доказать, что всё увиденное неизбежно вело к правильному результату. Биографическое кино обожает моменты, когда случайность ретроспективно превращается в предназначение. И Джонсону не удалось избежать подобной шаблонности.
Сам Бурден, кажется, мог бы первым высмеять такую конструкцию. С другой стороны, режиссёр принципиально отказывается строить фильм вокруг последней точки пути шеф-повара. 🤷 И это правильное решение: человеческая жизнь не становится трагедией задним числом только потому, что мы знаем, чем она закончилась.
Энтони Бурден — фигура невероятных масштабов и трагизма. Шеф-поваром он отработал на кухнях различных ресторанов больше четверти века. Затем прославился как писатель благодаря бестселлеру Kitchen Confidential: Adventures in the Culinary Underbelly. А чуть позже практически переизобрёл формат кулинарного тревел-шоу с программами «Без брони» и «Неизвестные места». Бурден был настолько хорошим рассказчиком, что после его трагической смерти в 2018 году мир обнаружил неожиданную вещь: довольно сложно понять, где именно в его биографии заканчивается человек и начинается персонаж. «Тони» решает эту проблему довольно нахально — вообще перестаёт делать вид, что знает ответ.
В конце концов Бурден в тот или иной момент жизни успел побывать и Тони, и Сэлом, и умудрённым опытом шеф-поваром.
«Тони» порой слишком старательно рисует выверенную карьерную траекторию Бурдена, хотя в действительности этот человек был выкован в самом хаосе жизни — том самом, что он так любил наблюдать в собственных программах. Но когда фильм перестаёт объяснять будущего героя и просто наблюдает, как молодой придурок моет посуду, режет продукты, влюбляется, врёт, получает по голове и впервые испытывает удовольствие от хорошо проделанной работы, возникает что-то значительно ценнее биографической точности. А именно — просто хорошая история. 🎬 Та самая валюта, которой Энтони Бурден расплачивался всю жизнь.
