Казалось бы, вот оно, тихое семейное счастье: недавно актер во второй раз стал отцом, а его супруга подарила ему сына Лео. Идиллия, да и только! Но, как это часто бывает, без ложки дегтя не обошлось. Пока поклонники умиляются фотографиям наследника, в жизни звезды назревает серьезный конфликт, который грозит вылиться в судебные разбирательства.
Счастье отцовства и футбольные страсти
Данила, известный своим нежеланием выносить личное на публику, в последнее время заметно расслабился. Еще бы! Недавно он порадовал подписчиков кадром, где маленький Лео, одетый в именной боди с номером 26, разглядывает яркие картинки. Забавно, что этот номер явно намекает на футбольный клуб «Краснодар», за который актер болеет не один год. Поклонники тут же оценили жест: «Самый юный фанат!», «Расти, маленький футболист!». Атмосфера в комментариях — сплошное умиление и пожелания здоровья. И правда, глядя на этот снимок, сложно не улыбнуться. Время-то летит незаметно!
Алименты и старые обиды
Но не все так радужно. Пока Козловский наслаждается ролью молодого отца, Ольга Зуева, мать его шестилетней дочери Оды-Валентины, подала иск в суд. Речь идет о взыскании алиментов. Ситуация, прямо скажем, пикантная. Раньше, говорят, Данила исправно помогал бывшей возлюбленной и дочери, но после новостей о его женитьбе и рождении сына что-то пошло не так. Первое заявление Зуевой отклонили, но женщина не успокоилась и подала повторно. Теперь разбирательство назначено на конец августа.
Сам актер хранит молчание, но его окружение пожимает плечами. Мол, Ольга переживает, что теперь все внимание и деньги уходят новой семье. Продюсер Сергей Дворцов и вовсе заявляет, что ситуация накалена до предела. Он намекает, что у Козловского заработки огромные — до пятнадцати миллионов за смену, так что на всех бы хватило. Но дело, похоже, не только в финансах. Дворцов считает, что тут замешана банальная ревность. Для Данилы та история давно в прошлом, а для Зуевой — нет.
Неудобное признание
Кстати, о прошлом. Всплыли и старые признания актера. Он как-то обмолвился, что поступил с Ольгой «гадко» и «несправедливо», когда ушел вскоре после рождения дочери. Но объяснять причины наотрез отказался. Мол, это личное. И вот теперь эта недосказанность аукается. Согласитесь, неприятный осадок остается. С одной стороны — новая семья и счастье, с другой — старые грехи и судебные тяжбы. Как вам такой поворот? Неужели нельзя было решить все мирно, без судов и публичных разбирательств? Впрочем, кто мы такие, чтобы судить. У каждого своя правда.
