15 июня 2026 года — ровно 11 лет с того дня, как не стало Жанны Фриске. Казалось бы, время лечит, но в этой истории оно только сильнее обнажило старые раны. Семья певицы каждый год приходит на Николо-Архангельское кладбище в Балашихе, и этот день снова стал поводом для громких заявлений и взаимных обид. Кто прав, а кто нет? Давайте разбираться.
Цветы, воспоминания и вечная боль
Вход на кладбище, и охранники уже без слов показывают дорогу. Привыкли. Поток людей к могиле Жанны не иссякает все эти годы. «Сейчас тоже везде цветы, очень много букетов, а игрушек в этом году нет, — рассказывает Владимир Фриске, отец звезды. — Наверное, при нас было человек 30 поклонников, они меняются, одни уходят, другие приходят. Мы семьей сбоку стоим, Оля Орлова приехала, еще одна близкая подруга Жанны была. Все мы общаемся, вспоминаем Жанну».
И вот тут начинается самое интересное. Пока родные стояли у могилы, Дмитрий Шепелев, как обычно, опубликовал в соцсетях пост. Пишет, что над рабочим столом их общего сына Платона стоит фотография мамы. И что он, Шепелев, больше всего сочувствует именно пожилым родителям Жанны. Трогательно, не правда ли? Но есть нюанс.
Платон: яблоко раздора, которое не поделили
Родные Жанны не видели внука с тех пор, как ему не было и двух лет. Представляете? Мальчик жил с ними, когда Жанна тяжело болела и не вставала с постели. Семья взяла на себя все заботы о малыше. А потом Шепелев забрал сына и, по словам Фриске, просто оборвал все контакты.
«За годы, прошедшие со дня гибели Жанны, я получил не один десяток предложений о встрече. Каждое отклонил. Все они были об одном — встретиться в телевизионной студии, под камеры, на публику. Других не было», — написал Дмитрий.
И вот тут Владимир Фриске просто взрывается от возмущения (простите, не сдержался). «У нас с ним нет никаких контактов! Он спрятал Платона и сегодня уже где-то написал, что мы хотим только через камеру видеться. Мы его 12 лет не видели! Что мы хотим? Через какие камеры? Кто о чем договаривается? У нас даже его контактов нет, не пойму к чему он это. Мы с ним не общаемся много лет. Это полная лажа, так и напишите!»
Отец Жанны не скрывает эмоций: «Видеть его не хочу, могу наделать глупостей, избить его. Он переходит все границы, а у меня уже не те нервы, что раньше».
Надежда умирает последней?
Семья Фриске пыталась выйти на связь через школу, через жену Шепелева, но везде отказ. «Нет-нет, ни в коем случае!» — это единственный ответ, который они слышат. И вот, кажется, они приняли непростое решение — отпустить ситуацию. Платон уже взрослый, и излишнее внимание ему ни к чему.
«Боюсь, чтобы у внука не было проблем. Мы хотим лишь одного — видеться с ним, все эти годы я только про это и говорю. Мы Платошу вырастили, он у нас ходить начал, дочка ему жизнь дала. Если он сам захочет с нами общаться, я всегда с дорогой душой приму его. Но это уже решать ему, без участия советчиков», — заключает Владимир Фриске.
Грустно. Очень грустно. Остается только надеяться, что когда-нибудь эта история закончится миром. Или хотя бы простым человеческим разговором.
