Амалия Ульман – фигура в современном искусстве заметная. Не столько как режиссерка, сколько как художница, чьи перформансы-мистификации в соцсетях и инсталляции гремели ещё в 2010-х. А потом она решила перенести свой визуальный язык в кино. Дебют «Планета» на «Сандэнсе» в 2021-м – история матери и дочери с финансовыми проблемами – критики приняли на ура. И вот спустя четыре года – второй фильм. «Волшебная ферма» получила приём прохладнее, зато привлекла звезд: Хлоя Севиньи с сумочкой Miu Miu в аргентинской глуши, Алекс Вулф, излучающий некомпетентность и тревожность. 🎬 Ну как не посмотреть?
От перформанса к полному метру
Ульман не просто пришла в кино – она принесла с собой весь свой художественный бэкграунд. Перформансы-мистификации, видеоарт, поиски нового языка. Дебют «Планета» открыл ей двери индустрии. Амбиции понятны. И вот «Волшебная ферма» – снова эксперимент, но уже с нарративом. Снова игра с реальностью и вымыслом. Снова автобиография, замешанная на вымысле. Амалия исполнила одну из главных ролей – операторку и переводчицу Елену. Она и сама родилась в Аргентине, выросла в Испании. Героиня становится мостиком между двумя культурами, между американцами и аргентинцами. Но смотреть на Ульман в отрыве от её перформансов невозможно. В «Excellences & Perfections» она уже исследовала границы реальности и цифрового образа. Здесь то же самое: она играет себя-мигрантку, но одновременно – совершенно другого человека. Елена рождается на стыке личного опыта и художественного вымысла. 🤔
Не та страна, не тот герой
Сюжет, если его можно так назвать, начинается с дорожной комедии. Группа американцев летит в аргентинский Сан-Кристобаль. Цель – снять документалку о музыканте по прозвищу Супер Карлитос, который носит кроличьи уши. Уже в хостеле проблемы: администратор не видит брони. Комнаты, правда, находятся. Но наутро выясняется: местные ничего не знают о певце. А Сан-Кристобаль – одно из самых распространенных названий в Южной Америке. Герои осознают: они приехали не туда. Импровизация! Надо придумать новую тему для шоу. И вот они мечутся по городку, пытаясь слепить хоть какой-то контент. 😅 А между делом флиртуют, тоскуют без вай-фая, пытаются ловить сеть на верхушке дерева. И всё это – на фоне реальных проблем местных жителей, которые страдают от токсичных пестицидов на полях.
Сатира на американцев и социальный диагноз
Ульман не боится высмеивать героев. Ирония и сатира – основа «Волшебной фермы». Американцы, исследующие чужую страну во имя контента, выглядят самодовольными и слепыми. Неприкрытое высокомерие и погоня за сенсацией застилают им глаза. Герои не замечают настоящий инфоповод – проблему здравоохранения. Люди в Сан-Кристобале серьезно больны из-за пестицидов, а гости думают только о просмотрах. 🚜 Классовое неравенство очевидно ньюйоркцы рискуют получить культурный шок от проблем с туалетом. Но ожидать от «Волшебной фермы» внятной истории не стоит. Режиссерка мастерски создает нужное настроение, но испытывает сложности с построением нарратива. Ключевые идеи повисают в воздухе, сюжетные линии обрываются на полуслове. И вот сидишь и думаешь: а что это было? Зачем? 😱
Визуал – всему голова
Говоря о «Волшебной ферме», нельзя не упомянуть стильную картинку. Будучи художницей, Амалия Ульман смело экспериментирует с формой и ракурсами. Иногда камера устанавливается на животных – это создает ощущение жизни на экране. Порой происходящее напоминает мокьюментари. Визуальные решения оказываются куда выразительнее драматургии. Что, впрочем, логично, учитывая карьерный путь Ульман. Полюбить сатирическое творение артистки и художницы непросто. Но сложно отрицать очевидное: перед нами громкий голос поколения. Мы, пожалуй, еще не раз его услышим. 📸
