История развода Егора Бероева и Ксении Алферовой давно обсуждается в медиа. Актриса предпочитала хранить молчание, но в недавнем интервью сделала исключение, коснувшись темы, о которой говорить в нашем обществе до сих пор нелегко.
Трагедия, о которой не принято говорить
😔 У нас были дети, которых мы теряли. Два ребенка. Преждевременные роды на большом сроке — это переживание, которое остается с тобой навсегда. Представляете? Просыпаешься после операции и не понимаешь, где твой малыш. Спрашиваешь врачей, а они смотрят с опаской… Это очень страшно. Многие пары после такого не выдерживают и расходятся. Нам повезло — мы прошли через это вместе, опираясь друг на друга и на поддержку близких, особенно отца Алексея, моего духовного наставника.
Зачем об этом говорить публично?
🤷♀️ Зачем выносить такое на всеобщее обсуждение? Затем, что это не только наша боль. Это системная проблема. В нашем здравоохранении до сих пор нет культуры прощания с детьми, умершими при рождении. Ребенок — он уже человек! Почему маме нельзя с ним попрощаться? Нет специальных комнат, нет понимания со стороны персонала… Это же неестественно! Пережить горе можно, только прожив его. Я также хочу поддержать Светлану Акимову, которая когда-то помогла мне, а сейчас оказалась в тюрьме. Это несправедливо.
Жизнь продолжается
🙂 Сейчас я считаю себя матерью троих детей. Наша дочь Евдокия знает, что у нее есть сестра и брат. Она уже взрослая, ей 18. И знаете, что главное? Мы с Егором дали ей свободу выбора. Она сама решила, куда поступать, сменив в последний момент архитектуру на другую специальность. Мы поддерживаем ее. И после нашего расставания с отцом она сохранила прекрасные отношения с обоими родителями. Жизнь, несмотря ни на что, идет вперед.
