В День святого Валентина на экраны вышла, пожалуй, самая провокационная киноадаптация года. Эмиральд Феннел, мастер эпатажа после «Солтберна», взялась за каноничный текст, и теперь «Грозовой перевал» — это не просто вересковые пустоши и трагический роман, а дорогой, блестящий и нарочито современный арт-хаус. Но оправдал ли фильм ожидания, которые подогревались месяцами? Или вся история свелась к красивой картинке?
История, которую мы (не) знаем
Сюжет, в общем-то, узнаваем. Юная, диковатая Кэтрин Эрншо (сначала Шарлотта Меллингтон, затем Марго Робби) находит родственную душу в лице бездомного мальчика, которого её отец приводит в усадьбу «Грозовой перевал». Она даёт ему имя — Хитклифф. Детство проходит в бегах по мокрым полям и тайных встречах. 😮💨 Взросление приносит недетские проблемы: разорившийся отец, давление обстоятельств. Кэтрин мечется между страстью к Хитклиффу (Джейкоб Элорди) и безопасностью, которую сулит брак с состоятельным Эдгаром Линтоном (Шазад Латиф). И да, сердце разрывается на части — классика.
Феннел, однако, безжалостно режет первоисточник. Исчезают второстепенные линии, некоторые персонажи. Это не попытка пересказать всю сагу семьи Эрншо, а скорее фокус на одной идее — всепоглощающей, разрушительной одержимости. Сделано ли это удачно? Вопрос на миллион.
Почему все обсуждали фильм ещё до премьеры?
А как иначе? Любая экранизация Бронте — это минное поле. А тут ещё и Феннел у руля! 👩🎤 Публика помнит и её резкий дебют, и скандальный успех «Солтберна». Кадры со съёмок с Марго в латексном корсете (который, к слову, не латекс!) и Джейкобом в роли Хитклиффа вызвали шквал: «Она же брюнетка!», «Он недостаточно смуглый!». Костюмы, далёкие от исторической точности, очки с розовыми линзами — всё это было воспринято как вызов. И это был именно вызов. Феннел не интересовало буквальное воссоздание эпохи. Её волновали символы, эстетика, передача чувств через ткань и свет. Получилось ли?
Визуальный пир и актёрская химия: что перевесило?
Бесспорно, фильм — это визуальный шедевр. Декорации, костюмы, работа оператора — всё на высочайшем уровне. Каждый кадр будто сошел с полотна прерафаэлитов, но помещенный в кислотный сон. Причёска Кэтрин — отдельный рассказ: растрёпанные волосы рядом с Хитклиффом и идеальная укладка в гостиной Линтонов. Интерьеры говорят больше диалогов: та самая голубая комната — ледяной саркофаг для живой души.
Но вот парадокс. При всей этой красоте, между Робби и Элорди нет той самой роковой искры. Их страсть выглядит постановочно, красиво, но без подлинного безумия. Гораздо убедительнее юные версии в исполнении Меллингтон и Оуэна Купера. Их связь, наивная и чистая, трогает куда больше взрослых игр в страдание. Неужели магия «Грозового перевала» растворилась в идеальной картинке?
О чём на самом деле этот фильм?
Феннел плетёт не историю любви, а историю токсичной зависимости. 😶 Это клубок больных связей: Кэтрин и Хитклифф, Хитклифф и Изабелла, отец и дочь. Даже служанка Нелли (Хонг Чау) здесь не просто наблюдатель. Насилие, абьюз, подавленные желания — всё это витает в воздухе сырой усадьбы. Но режиссёр лишь касается этих тем, будто боясь испортить красивое полотно глубоким анализом. Получается мощный визуальный ряд на фоне несколько поверхностной драматургии. Зритель восхищён, но не растроган до глубины души.
Так что же вышло у Феннел? Образцовая экранизация? Однозначно, нет. Смелая авторская интерпретация? Безусловно. Этот «Грозовой перевал» запомнится не пронзительными монологами, а образами: Марго в блестках на фоне грозового неба, Джейкоб с горящим взглядом. Он разделит аудиторию: кто-то обвинит в кощунстве, кто-то восхитится смелостью. А значит, Феннел своего добилась — она снова всех завела. И, возможно, именно в этом и есть её главная победа. В конце концов, разве не об этом мечтала сама Эмили Бронте — чтобы её история вечно будоражила умы, в каких бы декорациях её ни рассказывали?
